Автор
В черноте ночи Тимур ощущал себя цирке Цербера — зверем-охранником, стражем бесконечных желаний и искуственности. В машине девушки его пульс учащенно бешено бился, и каждое прикосновение казалось откровением сказки о том, что он — часть чего-то большего. Ночь была залитой кровью безумия, где Тимур — царь своей собственной страсти....
– Ты хочешь сказать, что она мне изменила? Ты в своем уме? – голос Тимура был пропитан дикой злостью, которая пожирала его изнутри, порабощала и разрывала на части.
Зверь внутри него ожил с новой силой, а желание убивать и разрывать на части стало таким видимым, что было все труднее ему сопротивляться.
– Она жила с Адемом, ты забыл? – тут же ответил Зеки, ни капли не испугавшись.
В ту минуту Тимур забыл о том, что Зеки единственный, кто его не боиться и когда мужчина так легко противостоял ему, отпустил его, прекратив удерживать за грудки.
Развернулся к столу и оперся о поверхность руками, опустил немного голову и прикрыл глаза, собираясь с мыслями. О брате он не подумал. Даже не вспомнил о том, что он существует. И зря. Он понял это, едва Зеки вспомнил об Адеме. В том, что Аня не спала с ним Тимур, почему-то, был уверен, но он отчетливо понимал, что именно его брат мог бы помочь ей. Любимой женщине, которую, как он считал, удерживали силой.
– А-а-а-а, – ударил кулаком по столу.
Зеки вернулся с отчетом спустя час. Адем не покидал Турцию, а на имя Ани не покупали билет."
"– Ищите дальше, – коротко бросил Тимур, после чего покинул кабинет и направился в зал.
Ему нужно было выпустить пар, успокоиться, потому что ярость сжигала изнутри, бесила и нервировала. В зале он пробыл несколько часов, но ничего не помогало. Тело полностью обессилело, но разум никак не хотел принимать произошедшее. Тимур чувствовал себя так, будто его действительно предали.
Он прекрасно понимал Аню. Его слова на счет ребенка были непростительны и ужасны, но чтобы уйти. Тимур до конца не мог осознать, что она сделала это. Ушла и не поговорила. Между ними многое произошло за последнее время, но он думал, что смог доказать ей то, что он готов на многое, лишь бы она была рядом.
Ближе к вечеру приехал к матери, чтобы поговорить. Она была практически единственным родным человеком, которому он мог высказаться.
– Тим? – удивленно поинтересовалась она. – Что ты здесь делаешь?
– Приехал поговорить, мам, впустишь? – она как-то странно посмотрела на него, вроде бы даже подумала прежде чем впустить в дом, но все же отошла в сторону, позволяя сыну войти. – Куда-то собираешься?
Удивленно уставился на несколько чемоданов, разбросанных по полу.
– Да, Тим. В Турцию к твоему отцу поеду. Я знаю, что он пошел на поправку, но хочу его проведать. Заодно и отдохну.
