Автор
В далекой деревне, где воспитание заканчивается прямо за окном, девочка чувствует тяжесть своих ролей. Джан не сводит злых взглядов, а она сама терзается внутренними конфликтами. Жасминовый чай в ее стакане ожидает, словно провокация на фоне этих сложных взаимоотношений....
Похоже, «Чай с жасмином» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Правду же сказала.
— Я… глупая! Не тогда сказала. Надо было замолчать. Прости меня. Я буду молчать.
Господи, ну что она говорит-то?! — идет по моему телу дрожь отвращения. — Какого черта, я прикасался к ней так?! Я же совсем другого хотел!
— Ясь… — дотягиваюсь до ее кисти, сжимаю. — Как это — нельзя?
— Нельзя… — растеряно. — Ты же… муж?
— Мхм… А если тебе неприятно? Не хочется. Устала. Плохо чувствуешь себя.
— Терпеть. Я же жена.
— А если больно?!
— Терпеть. Можно сказать. Но лучше терпеть. Привыкнуть. Болеешь — надо сказать.
— Ваши мужчины что — животные?
— Почему?
— Ну, если им плевать, что чувствует женщина, хотят его или нет. Если ему плевать на все это, важно только удовлетворить животную потребность. Это же животное.
— Бог дал им… как это… похоть? Чтобы потомство. И жену, чтобы…ммм… похоть усмирить. Не трогать других. Женщина должна подчиниться. Не животные. У нас… Есть добрые. Есть жестокие. Какого даст Бог. Женщина должна терпеть и подчиняться.
— Ясь, он тебе меня дал. Я — это наказание?
— Не хочу говорить, — обиженным шепотом. — Сердишься потом.
— Нет. Обещаю. Говори. Наказание?
— Мне не понять это пока. Кажется — добрый. Джан тоже был добрый, ласковый, пока отец меня не отдал. Потом…
— Он тебя насиловал?
— Что это?
— Он брал тебя силой?
— Зачем силой?
Ах, ну да! — поднимаюсь я.
Пи**ец, ну какой пи**ец!!
— Леша?.. — тревожно. — Сердишься?
— Да!! — рявкаю я. — Не на тебя, Яся. Не на тебя! Ты хорошая девочка. На тебя я не сержусь. Всегда говори мне правду. Как мужу. Обещаешь?
— Да.
Мне хочется немного пробежаться, чтобы освободить тело от адреналина. Или… не знаю… Джана этого урыть!
Сажусь обратно на диван. Мышцы подрагивают.
— Иди ко мне.
Тяну за руку к себе, обнимая.
— Тебе было плохо с ним? Он был жесток?
Пожимает плечами.
— Не бил. Раньше.
— Я имею в виду секс. Было страшно?
— Сначала. Всем девочкам страшно! Привыкла. Закрыть глаза. Потерпеть. Не очень долго.
Ее передергивает.
Глажу ее по спине.
Не девочка? — вспоминаю я свои рассуждения в душе. — Это гораздо хуже, чем девочка. Это изнасилованная девочка. Насилуемая месяцами девочка.
— У нас так не будет. Обещаю.
— Как будет?
— Тебе будет хорошо. Не больно, не страшно, не противно.
