Да уберись ты с глаз, я сам, это моя жена…
Катя вслушивалась в разговор, но в уши будто вставили беруши, а ресницы намертво склеили клеем «Момент», даже попытка приоткрыть их отдавала режущей болью. Катя безвольно шевельнула рукой, под ней хлюпнуло, и она, мысленно махнув рукой, поплыла по волнам куда-то за горизонт.
* * *— Катюша, доченька, — вырвал из забытья еще один голос, и она, наконец-то, его узнала.
— Мама, — сухими слипшимися губами попыталась выговорить, но ее хватило на еле различимый шепот.
— Выпей, вот, доктор сказал, тебе надо много пить, — мама приподняла ее с подушки и поднесла к губам чашку, Катя жадно глотала сладкий лимонный чай, пока не выпила до дна. А потом откинулась на подушки и уже смогла более-менее сносно произнести:
— Ваня, Матвей… Где они?
— Гуляют, с ними все хорошо, доченька, с мальчиками здесь все по очереди нянчаться, они на меня едва взглянули!
— Мамочка, а ты откуда взялась? — опомнилась Катя.
— Меня Саша привез, — мамины глаза смотрели с теплом и любовью, — он мне все рассказал. Он неплохой парень, Катюша, Аллу уже не вернешь, а нашим деткам нужен отец. Ты правильно сделала, что согласилась и вышла за него замуж.
— Как… Он сам к тебе приехал?
— Да. Саша сразу предупредил, что разговор тяжелый, но кажется, он волновался больше меня. И все просил не нервничать, видно думал, я сразу в истерике биться начну, — мама говорила и поглаживала ее по волосам, было очень легко и спокойно так лежать, и Катя снова закрыла глаза. — А что тут биться, я тогда еще Аллочке говорила, что нельзя так, делали детей вместе, вот и отвечать за них надо обоим. Он ей звонил потом, чтобы отговорить, она ведь мне больше рассказывала чем тебе. И знаешь, доченька, что мне понравилось? Саша совсем себя не выгораживал, сказал, я мол, во всем виноват, с дочерью вашей так по-скотски поступил. И еще мне нравится, как он себя с детьми ведет, детки наши с ним уже совсем подружились! Тебе будет хорошо с таким мужем.
— Что ты такое говоришь, мама, — прошептала Катя, качая головой, — какой муж, это фиктивный брак!
— Ну, не скажу, насколько он у вас фиктивный, но твой муж от тебя не отходил, когда ты в бреду лежала, а пока у меня был, раз двадцать твоему доктору позвонил, спрашивал, как ты. Сюда меня привез, чтобы мы увиделись перед отъездом, он меня в Израиль отправляет на реабилитацию. Я честно отказывалась, Катюш, — мамино лицо вдруг сделалось виноватым, — но он очень уговаривал, пришлось согласиться. Ты не обижаешься?
— Что ты, мамочка, конечно нужно соглашаться, я с ним потом сама разберусь, — она погладила мамину руку, а потом решилась. — Мам, а как он тебе… вообще?
— Что значит как?
— Ну… какой он, этот Алкин Александр?
Мама округлила глаза, а потом беспокойно уставилась на Катю.
— Катюша, забудь, прошу тебя.