Автор
Что же за день сегодня такой гадский… — Катя упрямо смотрела на Юрия Константиновича, надеясь, что тот развеселится и скажет: "Розыгрыш! Вас только что разыграли!" Но он лишь недовольно поморщился. Атмосфера в кабинете сразу стала нервозной, словно тьма наступила посреди белого дня. Это ожидание неудачи пронизывало воздух, создавая предвкушение чего-то драматичного и неожиданного в поведении руководителя....
* * *Катя пряталась в гостиной с пляжным полотенцем под мышкой и ждала, когда охранник исчезнет со двора, а тот как назло, не уходил. Ей очень хотелось уйти незаметно, чтобы никто не увязался следом.
Дети спали, Катя сама их покормила ужином и уложила, Лена тоже ушла спать, а Катя сидела за диваном с выключенным светом, свет в ее спальне наоборот горел, пусть думают, что она там книгу читает.
Наконец охранник скрылся из глаз, Катя выскользнула из дома и короткими перебежками направилась вниз к пляжу. Лифтом решила не пользоваться, чтобы не привлекать лишнее внимание.
Катя разделась до купальника, сложила одежду на полотенце и направилась к камням, отделявшим их пляж от соседского. Она планировала взобраться на ту самую скалу, точнее, ее обломок, которая заходила подальше в море, оттуда Катя как раз и собиралась прыгать. Во время морских прогулок она не один раз видела там ныряльщиков, значит подводных камней нет и для прыжка это место как раз безопасно.
Катя ободрала коленки и содрала кожу с ладоней. Все же, не настолько удобно лезть, она порядком выбилась из сил, пока добралась до края бывшей скалы. Глянула вниз и разочарованно вздохнула. Не то, чтобы очень уж страшно, или у нее за последнее время сильно расширились границы пугающих масштабов? Ну почему у нее не все как у людей, даже глубин нужных не найдешь…
И тут ее осенило.
Уже падая, поняла, что погорячилась, все-таки здесь не меньше десяти метров, а ее опыт ограничивался максимум шестью. Раскрыла глаза и вытянулась, чтобы максимально ровно войти в воду, но не рассчитала высоту, и удар о воду оказался довольно ощутимый.
Ее обхватили сильные руки, теперь она не могла даже пошевелиться. И тогда стало по-настоящему страшно. Катя судорожно дергалась, пытаясь высвободиться, попыталась укусить мертвой хваткой держащие ее руки, и последнее, что она помнила, доносящийся через толщу воды отборнейший мат.
