В недовольной атмосфере на странице книжки начинается скандал за пределами балкончика самого популярного герцога Зайра. Он вместе с двумя подельниками снова ввязывается в беспредел, вызывая гибель и ранения семерых человек. Кажется, каждый новый поворот истории приносит еще больше проблем для этих несчастных аристократов....
Этот тоже ничем не отличался от привычного образа.
Кивнув, последовала за ним. Идти далеко не пришлось. Я даже успела оценить архитектуру дворца. Коридоры переплетались между собой, малые и большие залы украшали или огромные в мой рост вазы на постаментах, или статуи. Имелся малый зал фресок, я бы с удовольствием их рассмотрела, но позже.
Подведя меня к двустворчатой двери, слуга постучал. После раздавшегося приглашения, передо мной любезно открыли дверь, в которую я вошла одна. Встретил меня сидящий в кресле мужчина.
– Ваше Сиятельство, – я сделала реверанс, чем весьма удивила хозяина кабинета. Сама же тут же себя обругала. Привычки не спрячешь под личиной, а подобному изяществу с детства учат только леди.
– Господа чаровница, – кивнул на соседнее кресло герцог. – Не представитесь? А то вашего имени никто не знает. А нам придется часто взаимодействовать."
"– Можете обращаться ко мне Анхель. А ещё я бы хотела уточнить спектр своих обязанностей. Мне сказали, соревнований между девушками не будет. Но ведь как-то они должны показать себя? Наверняка лорды пожелают проверить магическую силу будущих невест. Да, искры сами решают, кого с кем соединить, но и кота в мешке мало кто захочет получить.
Несколько минут герцог размышлял, его тонкие холеные пальцы барабанили по подлокотнику кресла, пока он не сводил с меня проницательного взгляда. Я терпеливо ждала, навесив на лицо едва заметную улыбку. Наконец, собеседник высказал свое мнение:
– Хорошо, можете придумать состязания между девушками, заодно и они сами развлекутся, всегда интересно проявить свои способности среди других. Да и дух соперничества никто не отменял.
Кивнув, не торопилась уходить, я прекрасно заметила интерес мужчины. И нет, не как к женщине, а скорее как к подопытному, этакой невиданной зверушке. И я его понимала. Магия истинной любви уже больше трёх столетий не проявляла себя. И когда она обнаружилась у меня, это стало концом наших отношений с родными, такого, как сказала мама, позора ее род ещё не видывал. По этой же причине она и собиралась сплавить меня замуж ещё в пятнадцать лет.
