Час бультерьера — читать онлайн бесплатно полностью

Резиновый набалдашник на конце палки отбивал четкую дробь, взлетала и падала, делая отмашку, черная кисть с неподвижными пальцами, а в ушах инвалида в это время звучало: «Делу – время, час – потехе, но с рекламою на «Эхе»!.. Вы по-прежнему слушаете, дорогие друзья, радиостанцию «Эхо Москвы». Рекламный блок, слава богу, закончился, и я продолжаю прерванную на полуслове коммерческой пятиминуткой беседу с нашими сегодняшними гостями. Для тех, кто только что переключился на волну «Эха», с удовольствием сообщаю: сегодня у нас в студии замечательные, долгожданные гости – известный правозащитник Альберт Адамович Кораблев и его очаровательная супруга, его соратница, милейшая Зинаида Яновна. Прежде чем мы ушли на рекламу, Альберт Адамович начал рассказывать о своем молодом друге, о репортере «Частной газеты» Александре Юрьевиче Иванове. Господин Иванов проводил журналистское расследование, изучал деятельность нефтяного концерна «Никос», и он...»

– Эй, ты!.. Хроменький, эй!! – расслышал инвалид громкий окрик. Гораздо более громкий, чем скороговорка ведущего в студии «Эха Москвы».

Инвалид замедлил неровный шаг, дернул проводки, тянувшиеся из-за пазухи к ушам. Говорящие затычки повисли, зацепившись за лацканы полупальто.

– Эй, хроменький! Ну-кося стой, а то и вторую ходулю покалечу! Стой, говорю! Эй!!!

Инвалид послушно остановился у границы пустынной детской площадки, медленно развернулся на окрик. Он как раз миновал упомянутую девушкой с мопсом трансформаторную будку в слабоосвещенном, а на поверку вообще лишенном всякого искусственного освещения проходном дворе, где было не только тревожно и сумрачно, но и безлюдно – никого, кроме хромого слушателя «Эха Москвы» и трех великовозрастных оболтусов под хмельком.

Окликал инвалида самый высокий и самый толстый из них. Он первым заметил одинокого прохожего с палочкой и первым поднялся с лавки, притаившейся за кирпичным кубом трансформаторной будки. Толстяк вразвалочку шел к хромому, а с лавки поднимались двое его дружков. Один тощий, как вобла, с недопитой бутылкой водки в костлявой руке, другой коренастый, ладно скроенный и широкий в плечах.

Инвалид покорно дожидался, пока троица подойдет вплотную. И дождался – толстяк встал четко напротив хромого, как говорится, лицом к лицу. А выражаясь точнее – раскрасневшейся от выпитого ряхой к невозмутимой физиономии с усиками и в старомодных очках. Тощий, который был не просто под хмельком, а под изрядным градусом, покачивался возле уткнувшейся набалдашником в мерзлую землю инвалидной палки, а коренастый занял позицию по правую, затянутую черной кожей, руку от хромого.

– Ребятишки, вы чего, в натуре? – Еле заметная улыбка мужчины с палкой превратилась в откровенно насмешливый оскал.