В этот день все казалось необычно тревожно-веселым – и работа была замечательной, и погода безумно хороша, а музыка наполняла воздух громким счастьем. "Выходной" Элька проводила так, что похоже на охоту за монстрами в уютном отеле, где свет переливался и тени шли медленнее, а все вокруг напоминало забытую сказку....
Лукас свирепо посмотрел на жесткие скамейки, готовившие новые испытания для его филейных частей, исстрадавшихся на стульях Совета жрецов и голых камнях, но все-таки сел, благородно ставя дипломатию выше личного удобства.
Дрэй тактично не стал занимать единственного стула, а, налив гостям по бокалу красного вина из стоявшего на столе графина, опустился на скамью рядом с магом, почему-то инстинктивно избегая соседства с Галом. Что поделаешь, суровый воин вызывал у людей уважение и опаску, но панибратских чувств сроду ни у кого не будил.
– Скажите, с Шарлем действительно все в порядке? – пригубив вина, решился задать Дрэй беспокоивший его вопрос. – Или вы не хотели волновать Мариан тревожными известиями?
– Я сказал вашей супруге правду, – осторожно ответил Лукас, крутя в пальцах бокал.
– О Дориман! – с искренней болью воскликнул Дрэй, с силой стукнув кулаком по колену. – Я должен был это предвидеть. Мне следовало бы взять мальчика с собой, уговорить его бежать. Но я не посмел оставить страну без короля во власти Авандуса. Шарль еще так молод, но он настоящий владыка Дорим-Аверона, в его силах смягчить влияние архижреца на страну.
– Вы обладаете большой силой. Сотня драконов, что против них все жрецы Авандуса? – намекнул Гал, прощупывая лорда Дрэя."
"– Но что это даст, господа? Чем я лучше этого сумасшедшего фанатика Авандуса, если захвачу власть силой, сменю одну тиранию другой. Я потеряю доверие и людей Дорим-Аверона, и своих драконов, если буду использовать их в качестве оружия.
– Вы ошибаетесь, – мягко возразил Лукас.
