В этот день все казалось необычно тревожно-веселым – и работа была замечательной, и погода безумно хороша, а музыка наполняла воздух громким счастьем. "Выходной" Элька проводила так, что похоже на охоту за монстрами в уютном отеле, где свет переливался и тени шли медленнее, а все вокруг напоминало забытую сказку....
Черный Дракон! Дракон – защитник и покровитель мира Дорим-Аверон и всех кельмитор!
– Но тогда, значит, и священные книги и жрецы лгут нам? – потрясенно спросил Шарль; дитя своего мира, он никак не мог понять, как служители бога решились на столь чудовищный обман.
– Лгут, – задумчиво согласилась Элька. – Но вот специально ли? Вы уже многие века не принимали облик драконов и позабыли о своей сути, исказили древние тексты, извратили по неведению суть самой веры. Нет, не думаю, что жрецы знают, что проповедуют вранье, – честно ответила Элька.
– Вы расскажете им правду? – с надеждой переспросил юноша.
– Завтра будет великий день, – довольно улыбнулась Элька, подмигнув королю. – Правда сама покажет себя, мы лишь немножко поможем ей в этом. Мы, лорд Дрэй и ты, твое величество!
– Как? – благоговейно выдохнул Шарль, совершенно забыв про сон.
– С твоего разрешения, я на время заберу из дворца Зеркало Истинного Зрения.
– Конечно, – охотно согласился юноша и для проформы поинтересовался: – Вам нужно письменное дозволение с королевской печатью?"
"– Как-нибудь обойдемся устным, – рассмеялась Элька. – Ты, светский владыка страны, разрешил, мы, не разглашая публично твое разрешение, им воспользовались и взяли, что нужно. Как думаешь, вряд ли кому-то из твоих подданных в праздничной суете приспичит взглянуть в Зеркало?
– В этот праздник вообще занавешивают все зеркала темной тканью, чтобы любование своей внешностью не отвлекало людей от мыслей о боге и искуплении грехов, а уж созерцание отражения в Зеркале Истинного Зрения жрецы и подавно никогда не одобряли, – с печалью ответил Шарль и горько добавил: – А теперь я буду думать, не для того ли велели сделать это жрецы, чтобы люди никогда не увидели правды.
– Истина хоть через тысячу лет, а выплывет на белый свет, – словно вслушиваясь в смутные отголоски былого, прошептала Элька.
– Вы мудры, госпожа, – склонил голову юноша, вновь вспоминая, что болтает как с давней приятельницей с посланницей богов.
– Не я. Эта мудрость одного из народов того мира, откуда я родом, – отказалась признавать чужие заслуги девушка.
– Вы мудры, если помните эту мудрость, – не согласился Шарль.
– Ах, дружок, хватит меня хвалить, пока мы ничего еще толком сделать не успели, – отмахнулась Элька.
– Вы уже начали – это главное.
