В этот день все казалось необычно тревожно-веселым – и работа была замечательной, и погода безумно хороша, а музыка наполняла воздух громким счастьем. "Выходной" Элька проводила так, что похоже на охоту за монстрами в уютном отеле, где свет переливался и тени шли медленнее, а все вокруг напоминало забытую сказку....
– И вообще, что, по-твоему, Ильдавур не мог заинтересоваться мной просто потому, что я не уродка и не набитая дура? – оскорбилась Элька. – Это так трудно?
– Напротив, это слишком легко, будь осторожнее, – печально вздохнул Гал, отводя взгляд, и решительным шагом двинулся прочь.
Только сейчас Элька заметила, что во время разговора с воином у нее на запястье не ощущалось уже ставшей привычной тяжести.
– Мыша, ты где? – встревоженно позвала девушка. С коротким писком, весело поблескивая глазками, зверушка вновь материализовалась на руке новой хозяйки.
Но Эльку ждала еще одна встреча. Переминаясь с ноги на ногу, то и дело вызывая световой шарик и тревожно поглядывая на часы, у дверей стоял Лукас. Увидев девушку, он буквально впился взглядом в ее шею и, не найдя ничего подозрительного, испустил невольный вздох облегчения.
– Ты чего, Лукас? Тоже не спится? – вкрадчиво поинтересовалась девушка, мигом сопоставив нежданное появление Гала в ресторанчике и этот ночной караул.
– Захотелось пожелать вам сладких снов, мадемуазель, – выкрутился маг и тут же вкрадчиво осведомился: – А что это у вас за милая зверушка?
– Какая же это зверушка? – возмутилась Элька. – Сейчас же принеси свои извинения великому и ужасному Господину Темной Крови Ильдавуру Кару! Мало ли в каком обличье удобней путешествовать истинному лорду, дабы не компрометировать честную даму!
Несчастный маг подавился воздухом и в тихой панике, перерастающей в ужас, уставился на маленькую летучую мышь – ужасное воплощение своих худших кошмаров и верную смерть, обещанную скорым на возмездие Галом.
Элька заразительно расхохоталась и, язвительно бросив:
– Сладких снов, Лукас! – скрылась за дверью.
– Мадемуазель пошутила? – слабым голосом переспросил маг у закрывшейся двери, полез в карман за платочком, отереть с лица холодный пот, и направился в сторону столовой, дабы найти что-нибудь в баре для укрепления нервов.
