Но, видите ли, мои воспоминания… точнее говоря, те ощущения, что мне довелось испытать… они настолько сильны, что не нуждаются ни в каких объяснениях. Я видел их, доктор Мэйфейр, они там действительно были. И…
Майкл покачал головой:
– Это что-то вроде эмоционального всплеска – в какой-то бредовый момент я словно бы вспоминаю, но в следующее мгновение все исчезает. То же самое происходило со мной и тогда, на палубе. Знание… да, едва открыв глаза, я еще отчетливо помнил, что происходило там… А потом это ушло…
– Слово, которое вы тогда сказали, точнее, прошептали…
– Я не уловил его – не видел себя произносящим какое-либо слово. Но вот что я вам скажу: мне кажется, что уже тогда я знал ваше имя. Знал, кто вы.
– Однако я не уверен…
Майкл в замешательстве обернулся. Почему он тянет время? Где его чемодан? Ему действительно пора в аэропорт. Но он настолько устал, что никуда не хотел ехать.
– Я не хочу, чтобы вы уезжали, – снова сказала Роуан.
– Вы серьезно? Значит, я могу побыть здесь еще?
Он посмотрел на нее, на темную тень худощавой фигуры на фоне слабо освещенного стекла.
– Как жаль, что я не встретил вас раньше. – Майкл смутился. – Жаль, что… я хотел сказать… Это так глупо, но вы очень…
Он шагнул вперед, чтобы лучше видеть ее. Эти глаза… Глубоко посаженные и тем не менее очень большие, удлиненные. Нежные, соблазнительные губы… Но что за странная иллюзия? Едва Майкл сделал еще несколько шагов, выражение лица Роуан, озаренного мягким, приглушенным светом, проникавшим сквозь стены, сделалось вдруг угрожающим и злобным. Нет, здесь, конечно же, какая-то ошибка. На самом деле он даже не может толком разглядеть ее лицо. И все же во взгляде, устремленном на него из-под густых светлых волос, явственно читалась неприкрытая ненависть.
Майкл буквально застыл на месте. Должно быть, у него разыгралось воображение. Однако перед ним стояла именно Роуан, стояла неподвижно и либо не подозревала о его страхе, либо ей было все равно.
Потом она двинулась к нему и оказалась в полосе тусклого света, проникавшего сквозь северную дверь.
Как она прекрасна! И как печальна! А он? Непростительно! Допустить такую ошибку! Ужасно! Видеть печаль на ее лице, ощущать вспыхнувшее внутри ее безмолвное желание и бурю эмоций…
– Что это? – прошептал Майкл.
Он раскрыл руки. И Роуан нежно прижалась к нему грудью, большой и удивительно мягкой. Майкл заключил ее в объятия и пробежал закованными в перчатки пальцами по шелковистым волосам.
– Что это? – снова прошептал он.
