Автор
В чарной Академии все обучение финансируется родителями студентов или их финансово обеспечены. Вэл - красивый мажор с гнусавым голосом, отличается от остальных брутальностью. Я стою рядом с Герой, готовясь к встрече с Стэном. Как ответить на его вопрос?
Шумский стоит и напряженно смотрит, как я иду в его сторону с мячом. Разгоряченный, в спортивных лосинах и форме академии. Под номером один. Ну, разумеется.
— Ближе давай, — приказывает он, и я послушно подхожу к нему практически вплотную. — Хорошая девочка.
Стэн скалится, еще и за руку меня держит. К нам подходят несколько игроков — свита короля, если так можно сказать.
— Пусти. — Я кашляю, в горле пересохло, мне безумно хочется пить. Но еще больше — никогда не видеть Шумского.
— Че-то ты красная! Заболела? Зачетная куртка.
Молча пытаюсь освободиться, но Стэн явно решил покуражиться. И зачем я сюда пришла?!
— Так чего? Пить хочешь?
Неохотно киваю. Может, отпустит наконец?
В руке Стэна появляется пластиковая бутылка, жадно смотрю на нее, Шумский перехватывает мой взгляд, откручивает крышку и… начинает пить.
Чуть не плачу от очередного унижения.
— Хочешь, да? — Стэн перестает пить, в бутылке остается еще половина воды.
"Протягивает бутылку мне, но в последний момент подносит пластик ко рту и смачно плюет в горлышко.
— Пей!
— Ну ты красава, Стэн! — довольно фыркает Петюня. Еще один лизоблюд Шумского. В его руке телефон и он… он меня снимает.
— Пей, мошка!
Беру бутылку у Стэна и выливаю воду прямо ему в рожу.
Глава 10
Отступаю на шаг, ужасаясь тому, что натворила. Но… но ничего уже не исправишь. Шумский медленно проводит ладонью по лицу, стирая воду.
Голова кружится, тело пробивает озноб.
— Ну ты попала, мошка, — довольно хохотнул Селиванов. — Кобзда тебе, сука!
Не обращаю внимания на слова Вэла, отступаю еще на шаг, но Стэн вцепляется в плечо, отчего перед глазами плывет. Мне больно, но не страшно.
— На коленях будешь отрабатывать, тварь!
Шумский шипит мне в лицо, сам красный, будто его сейчас удар хватит.
Оглушительный свист заставляет меня поморщиться, я мало что соображаю. Губы Шумского выплевывают какие-то слова, но я их не слышу почему-то.
Когда прихожу в себя, вижу вокруг белые стены. Кажется, я сплю. Лишь бы на пары не опоздать. А пока будильник не звонит, снова засыпаю.
— Главное, чтобы пневмонию не заработала, — доносится до ушей незнакомый голос. — Проблемная девочка, непутевая…
Я словно вся горю, но голова на удивление ясная.
