Автор
Мирослава получила стипендию в престижную академию, но вместо учёбы стала игрушкой в руках богатой элиты. Студентка из бедной семьи вынуждена выживать в мире жестоких игр, где правила диктуют те, у кого есть деньги и власть. Сможет ли она отстоять своё достоинство и найти настоящих друзей?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Частная Академия (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Мирослава получила стипендию в престижную академию, но вместо учёбы стала игрушкой в руках богатой элиты. Студентка из бедной семьи вынуждена выживать в мире жестоких игр, где правила диктуют те, у кого есть деньги и власть. Сможет ли она отстоять своё достоинство и найти настоящих друзей?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мирослава получила стипендию в престижную академию, но вместо учёбы стала игрушкой в руках богатой элиты. Студентка из бедной семьи вынуждена выживать в мире жестоких игр, где правила диктуют те, у кого есть деньги и власть. Сможет ли она отстоять своё достоинство и найти настоящих друзей?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Скорее всего, именно в ней я вчера и ехала. Кто еще кроме хозяина академии, как назвал Баева Макс, может позволить себе здесь парковаться?
Хоть и порядком стемнело, но около «Ягуара» горит фонарь, так что… я аккуратно заглядываю в салон и понимаю: не ошиблась!
И так довольна собой, что не слышу за спиной шаги.
— Мало вчера было? — Голос у Баева красивый и глубокий, но мне почему-то хочется заткнуть уши и провалиться сквозь землю. И чего не прошла мимо?! Уже бы к общаге подходила. От этого парня веет враждебностью, он явно не рад видеть меня рядом со своей машиной.
— Уже ухожу. Просто хотела… — Запинаюсь — признаваться в глупом любопытстве стыдно.
— Убрать за собой грязь из салона? — спрашивает Баев, отчего мне становится совсем не по себе. — Так его уже почистили.
— Здорово.
Меня напрягает, что мы здесь вдвоем и стоим достаточно близко друг к другу. Не знаю, куда деть свою неловкость, как правильно уйти — не хочется выглядеть любопытной дурочкой на дотации, которая позарилась на дорогую тачку.
— Я… в общем… пока, — нарушаю наконец тишину. — И еще раз спасибо за вчера, я…
— Вали и не попадайся мне больше на глаза! — Неожиданно резкий ответ застает меня врасплох. Я ведь всего лишь поблагодарила. — Тебе дали сегодня хороший совет.
Значит, слышал наш разговор с Максом. И почему я вечно влипаю в неприятности?! Будто мало мне того, что я безумно скучаю по братьям и родителям и учусь в самом странном вузе среди мажоров!
Пока бреду к корпусу, мимо на огромной скорости проносится «Ягуар». Мчится прямо к выезду с территории кампуса. Что ж, если этот Баев здесь не живет, то это очень неплохая новость.
Перед сном пролистываю чат с Янкой, до которого у меня днем не доходили руки. Позицию Шелест я и так знала — Юлька сразу сказала, что будет на этом посвящении. «Мира, ну а какие еще есть варианты? Ну ты подумай!»
Читаю длинную переписку и в самом конце понимаю: они согласны. Все девять человек. Все, кроме меня.
Пишу Яне в личку:
«Привет! Извини, что поздно. Есть разговор. Поговорим завтра?»
* бака (сокр) — бакалавриат
Глава 17
— Отличная работа, Мирослава! Лучшая в вашей группе. Поздравляю! — Молодой препод по механике добродушно улыбается мне и не замечает, с каким презрением на него смотрят пацаны. Ну и на меня тоже. Все, кроме Асафьева. Мы с ним вместе работу делали, хотя он скорее просто не мешал мне. И все это видели.
— Спасибо! Мы оба старались, — киваю на Асафьева. — Это наша общая победа.
— Ну да, — снисходительно улыбается препод. — Конечно. Именно так. А сейчас поговорим о неинерциальных системах отчета, в которых, как известно, закон инерции не сохраняется.
Сегодня я в ударе. Первая работа на отлично спустя почти месяц учебы. Учиться в академии тяжело не только из-за Шумского и местных неписаных правил.
