Автор
В чарной Академии все обучение финансируется родителями студентов или их финансово обеспечены. Вэл - красивый мажор с гнусавым голосом, отличается от остальных брутальностью. Я стою рядом с Герой, готовясь к встрече с Стэном. Как ответить на его вопрос?
Морально готовлюсь к тому, что сейчас будет мне про вписку говорить, но Савицкая просит о другом:
— Слушай, я забыла тебе флешку передать с заданием. Надо кое-что сделать к понедельнику, а я в кампусе только завтра вечером буду. Короче, не можешь забрать? Я уже выехала из кампуса, но недалеко — метров сто…
— Да без проблем! — Накидываю куртку и выхожу на улицу.
Выхожу за КПП, но машины Янки не обнаруживаю, прохожу чуть дальше. Собираюсь звонить Савицкой, когда вдруг вижу перед собой три знакомые фигуры.
Даже не успеваю толком испугаться, как получаю сильный удар в солнечное сплетение.
Глава 18
— Пустите! Пусти! Я не хочу!"
"Задыхаюсь от собственного крика, в груди нестерпимо больно от сильного удара. Вижу жуткую ухмылку Селиванова. Он и Краснов крепко меня держат. Рядом Истомин.
Одна против троих. Сама я с ними не справлюсь:
— Яна! Яна…
На меня обрушивается тьма. Хриплю, дергаюсь, чтобы не потерять сознание. На голове какой-то мешок, чувствую, как шершавый ворс лезет в ноздри и рот. Воздуха катастрофически не хватает.
— Ну что, Шанина, наигралась в недотрогу? — веселится Истомин. — Ничего, тебя ждет бурная ночь, Стэн сказал, тебя проучить надо хорошенько. Утром как шелковая будешь.
От его слов меня охватывает липкий страх, по позвоночнику ползет холодок, и в горле пересыхает. Яна, Яночка, ну где же ты?!
Куда-то тащат, грубо вывернув руки за спину. В ушах звенит, пытаюсь ртом сделать вдох — не получается. Плечо мучительно ноет.
— Гер, какая ночь? После посвящения всех перваков выгоняют обратно в общагу! — Слышу напряженный голос Яны, и в душе вспыхивает огонек надежды.
Потрясенно замираю. Она с ними? Как могла?!
— Да шучу я, Ян, шучу! — во весь голос ржет Истомин. — Все только по согласию. Поверь, к ночи она сама уже будет проситься, чтоб ее поимели.
Взрыв хохота. Меня толкают, ударяюсь плечом и вскрикиваю от боли. Падаю на что-то мягкое.
— Заткните ей кто-нибудь пасть.
Кто-то дергает меня, срывает с головы пыльный мешок, я громко чихаю. Глаза режет от яркого дневного света, но успеваю увидеть глумливую рожу Краснова и затылок Вэла. Селиванов за рулем, значит, меня засунули в его джип.
Эти мысли пролетают за мгновение, перед взором возникает какая-то цветная тряпка…
— М-м-м… м-м-м…
— Завязывай сильнее, Петюнь, да не дрожи ты, чудила! Ничего не будет! Обещаю. Не мычи, сука!
От обидных слов Геры продирает изнутри.
