Автор
В чарной Академии все обучение финансируется родителями студентов или их финансово обеспечены. Вэл - красивый мажор с гнусавым голосом, отличается от остальных брутальностью. Я стою рядом с Герой, готовясь к встрече с Стэном. Как ответить на его вопрос?
Глазам не верю, но она и правда раздевается!
Савицкая оглядывается на своих подружек, стоящих недалеко от бассейна, но к ней никто не подходит, так что куртку, свитер и джинсы ей приходится класть прямо на землю.
Она остается в кружевном розовом комплекте, который, наверное, стоит тонну денег. Кто-то из парней громко цокает языком — фигура у Янки идеальная, но многие стыдливо отводят глаза от Савицкой.
— Ныряй в бассейн, Яна, — приказывает Баев совершенно обыденным, а потому страшным тоном.
Зажмуриваюсь, мечтая только об одном: открыть глаза и не увидеть больше этого унижения, публичной экзекуции, которую устроил Баев. Он действительно Темный!
Но чуда не происходит — поникнув, Янка плетется к бассейну. Савицкая постепенно отдаляется от меня, но с каждым ее шагом я все отчетливее чувствую ее страх, как он сковывает каждое ее движение.
Как ей хочется умереть сейчас, лишь бы все это прекратилось!"
"Но Савицкая не сопротивляется, не говорит «нет», а обреченно бредет к бассейну, полному мерзкой грязи.
Кто-то ахнул. Заторможенно смотрю, как Савицкая выныривает — она вся коричневой грязи, только глаза и видно.
— А теперь, главный этап посвящения, — безмятежно произносит Баев, пока подружки Янки и некоторые парни с ужасом таращатся на темную грязную фигуру в бассейне. — Первые десять человек, кто попадет в Савицкую, получат от меня ВИП-карты в «Рандеву».
Еще один ублюдок! Безжалостный, жестокий психопат!
Первыми в Янку бросают девчонки, которых, как и меня, привезли сегодня для развлечения Шумского и его компании. Света и Катька остервенело закидывают не сопротивляющуюся Савицкую. Потом к ним присоединяется ее подруга Лариса.
У меня все плывет перед глазами. Они же… да они же ее утопят!
Не выдерживаю. Выскакиваю из машины и едва не падаю на жесткий гравий, запутавшись в пледе.
— Стойте! — кричу что есть мочи. — Хватит! Прекратите немедленно!
Закашливаюсь — холодный воздух сковывает горло, но не обращая ни на что внимание, бегу к Янке.
Почти добегаю, когда меня останавливают:
— Жалко стало? — В голосе Баева слышу легкое удивление. А еще насмешку.
Да пошел ты! Такой же урод, как и они все! Психопаты гребаные!
— Прекрати все это! — тихо говорю. — Останови.
Я не прошу Артема, не умоляю, даже не смотрю на него.
