Он с благодарностью посмотрел на Танины ресницы, что не произнесла страшное слово – отделение химиотерапии, хоть и явилась не вовремя и всё испортила: он уже почти был готов обратиться к незнакомой женщине.
Потом выходил не раз – она всё так же сидела на краю дивана, застывшая в бесконечном ожидании. Заговорить не представлялось возможным. Незнакомка была безучастна и совсем не замечала ничего вокруг, словно его вовсе не существовало.
Обессиленный от своих походов, Александр проспал до вечера. В коридоре всё стихло. Трещала голова, опять давление поползло наверх. Этого ещё не хватало!
Настроение было пакостным, на улице не переставая лил дождь. Часы без циферблата всё так же молчаливо указывали время. 21:00. «Что я буду делать ночью? Опять снотворное просить?»
Аркаша заскочил ненадолго.
– Извини! Весь день как белка в колесе. Ещё и осложнение после операции, чуть пациента не потерял. Перенервничал! Всё обошлось, слава богу!
– Из восьмой? – с тревогой спросил Саша.
– Нет. Тот нормально. А что?
– Ничего! Просто спросил.
– Просто, просто! А я вот думаю, не просто у тебя всё в последнее время, особенно как трубки сняли!
– Не нагнетай! Кто он, этот из восьмой палаты?
– Раз спрашиваю, значит, надо!
Александру трудно было возражать, тем более когда он был настойчив, но немногословен.
– Крутой чел. Здесь простые не лежат, ты знаешь. Что я ещё могу сказать? Сегодня оперировался, прогноз благоприятный. Думаю, одним облучением обойдётся.
– Что женщина? Не знаю. Вроде не жена. Любовница. Жена тоже приходит, но редко и по-быстрому. А эта порой сидит весь день.
– Ты в своём уме? Я откуда знаю! Вроде журналистка, на каком-то местном канале вещает по пятницам. А что?
– Опять просто! Ты что, втюрился в неё?! – Аркаша заплясал свой обычный танец, перебирая ножками.
– Слово как раз подходящее и как нельзя подходит умирающему мужику глубоко за полтинник… Да, кстати, а этому… из восьмой, сколько лет?
– Хочу расстроить. Сорок два.
Александр задумался, пытаясь высчитать разницу.
– Да, прилично! А мне не показалось. Думал, вроде ровесник.
– Это ты со зла, Саш. Я его при полном параде видел, когда он на консультацию приходил. Отлично выглядит, даже моложе своих лет.
– Вот это ты у неё спроси, – Аркадий закатил глаза. – И на что тебе это сдалось? Антонине лучше позвони.
– А надолго он к вам? – Александр не слышал его, ему было интересно только то, что каким-то образом касалось загадочной незнакомки. Он отдавал себе отчёт, что многое напридумывал, но по-другому не получалось и не хотелось. Это было целым действом, и ему нравилось в нём участвовать.
– Недели на три, потом вроде в Израиль собрался. Ну что притих? О чём ты думаешь? Точно! У тебя разум помутился! Ну что ты там насочинял себе? Я понимаю: время не из лёгких выпало.