Думали, одним фронтом отвадят хорошего мальчика от дурной компании.
А Аркадия было не отлепить от Сашки, тащился он от его бесшабашности и умения жить как хочется, а не так, как должно. Римма даже историю сочинила, что Александр домогается её и делает непристойные предложения. Сашка только ржал до слёз: не оправдываться же, что враньё это всё голимое.
Ещё неделя – и переезжать в отделение химиотерапии. Александр Михайлович с грустью поглядывал на часы без циферблата: «Надо как-то изловчиться и с собой их прихватить. Именно эти, других не надо, хоть пусть и точь-в-точь будут».
Ему наконец-то захотелось выйти за пределы своего убежища, наверно, становилось легче, и просторная палата вдруг показалась тесной. Он тихонько приоткрыл дверь и высунул голову. По коридору ходили туда-обратно люди в белых халатах, и чуть поодаль пара пациентов, похожих на бестелесные существа, о чём-то беседовали, сидя на мягком кожаном диване. Он сделал шаг и оказался за пределами своей обители. Здесь была какая-никакая жизнь, и Александр уверенно пошёл на разведку. Его опередила женщина.
На вид ей можно было дать лет сорок от силы. Она была красивой, но какой-то необычной красотой, на любителя. В ней было что-то особенное, не поддающееся объяснению, некая энергетика, аура или какая-то ещё чертовщина. «Может, я настолько одичал, что вижу нечто этакое в первой попавшейся на пути?»
Незнакомка остановилась у палаты, обернулась, и они на секунду столкнулись взглядами. Видно, она долго плакала: глаза и губы слегка припухли, так бывает только от слёз, Александр знал наверняка. Она не решалась войти, потом поправила волосы и исчезла за дверью.
Толкаться в коридоре не было смысла, да и силы покидали. Захотелось прилечь, кружилась голова… Выходил ещё пару раз, но её больше не встретил. Она засела как заноза в его голове, и с этим ничего нельзя было поделать. Мучился весь день, боролся с желанием расспросить медсестру Зою, с чего начать, не знал, что это вдруг за интерес такой. Силился что-нибудь придумать, ничего не получалось. Страшно злился на Аркадия, что именно в этот день у него случился выходной, когда необходим, как воздух.
«Может, просто доковылять до той палаты? Типа ошибся. Извините. Нет, надо набраться терпения и дождаться Аркашу. Так вернее будет».
Он с трудом дожил до утра. Заснуть не получалось, пришлось вызвать дежурную медсестру и попросить снотворного.
– Неважно выглядите. Давление измерим. Ну вот! И давление повышенное.