Автор
Утоптанная ветром и тихим шепотом веселого бала, герой медленно поднимается по лестнице, каждый новый уровень дышит новыми возможностями и опасностями. Казалось, каждая комната скрывала свою историю, готовую раскрыться лишь перед тем, как он решится ее открыть. В тишине подъезда он слышит нежный шелест тканей и легкий шепоток изнутри открываемых дверей, заставляя сердце забиться чаще....
Она нашла его далеко не сразу. Сначала пришлось выдержать новую атаку Розалинды относительно похода к портнихе. Потом проснулась Молли, полная сил и желания действовать. Затем настало время второго завтрака, который подавал целый полк безмолвных слуг в огромной, точно собор, столовой."
"К счастью, Селия увела Молли осматривать дом, и Ханна смогла обратиться за помощью к Розалинде – самостоятельно отыскать герцога ей оказалось не под силу. Та охотно пришла ей на выручку. Очевидно эта добрая дама была на седьмом небе от радости, что пасынок наконец женился.
– Если доводы разума бессильны, – сухо начала она, – тогда, возможно, деньги сделают дело? Ваша мачеха намерена скупить в магазинах все, что приличествует гардеробу герцогини. Немедленно! Велите ей этого не делать! Или позвольте, я сама ей скажу. Иначе вы потеряете сотни фунтов!
Сумму Ханна назвала по наитию. Она и понятия не имела, сколько может стоить шелковое бальное платье, не говоря уже о меховых накидках или атласных туфельках, о которых с таким восторгом говорила Розалинда.
– А вы против? – Выражение его лица оставалось невозмутимым.
– Это вы должны быть против. Деньги будут выброшены на ветер.
Он дернул плечом.
– Не ваши же. Какое вам дело?
– Самое прямое. Разве я могу ее так обманывать? Она уже мечтает устроить бал! Если вы позволите ей покупать наряды, то в следующий раз она закажет орхидеи. И это пустяк по сравнению с тем, какую свадьбу ваша мачеха собирается закатить.
Ей хотелось вцепиться в него и трясти как грушу – настолько она разозлилась.
Герцог вздохнул, глядя на Ханну с видом мученика, терпение которого на исходе.
– Пусть Розалинда и Селия делают, что хотят, – сказал он таким тоном, будто втолковывал урок слабоумному ребенку. – Это мои деньги, мой дом и моя семья. Сделайте вид, что радуетесь жизни, или ходите в мрачности – мне все равно. Однако предупреждаю вас: они не должны узнать правду. И хорошенько подумайте, прежде чем действовать мне наперекор.
– Вы просите слишком о многом, – сказала Ханна, и голос ее дрогнул.
Его взгляд был по-прежнему холоден.
– Все, чего я прошу, так это держать в тайне один факт. Пока вам достанет благоразумия изображать герцогиню, с вами будут обращаться как с герцогиней. Я бы предпочел обойтись без того, чтобы играть роль строгого супруга.
Строгого супруга?! Ханна поджала губы.
