Внутри моей комнаты пахло чужими мыслями и таинственными посланиями. Открыв незнакомое письмо, я решил обойтись без сна, закрывшись книгами о великих императорских охотах. Атмосфера в комнате была настолько живописной и напряженной, что каждая страница казалась пророчеством будущего событий....
Похоже, «Чехов 7. Императорская охота» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Так вот как вы убили своего противника, — предположил я, и Морозов кивнул:
— Я заставил всю кровь в его теле остановиться, а потом взорвал ее. Но получилось это у меня с трудом. На этих парней очень плохо действуют способности.
— Подтверждаю, — прохрипел молчавший до этого момента Зимин. — Мне пришлось попотеть. А я имею ранг легенда.
— Про способности я тоже заметил, — ответил я, вспоминая, как Пётр Минин никак не отреагировал на атаки моих призраков. — Кстати, как вы смогли забрать тело Епифана?
Морозов беззаботно пожал плечами:
— Украли, пока семья была на приеме.
Морозов направился к выходу из комнаты. За ним потянулся Зимин. И я бросился их нагонять. Как только мы оказались снаружи, Александр Васильевич расправил плечи и громко втянул в себя воздух. Мне подумалось, что в том помещении он ощущал себя некомфортно.
— Так вот, Павел Филиппович, — произнёс Морозов с легкой улыбкой.
— Пришлые, — со знанием дела добавил Зимин.
— Пришлые не умеют сами пересекать границы миров, — продолжил глава кустодиев. — Их может привести с собой мироходец.
— Они опасны? Все именно такие как эти берсерки? — озаботился я."
"— Нет. Пришлые могут быть совершенно обычными людьми.
Я не стал уточнять, что он имеет в виду, раздумывая, знают ли кустодии о том, что мой помощник тоже не совсем человек.
— И пришлые есть даже среди ваших знакомых, — продолжил мужчина.
Я удивленно поднял бровь:
— Вот как? И кто же?
— Регина, — просто ответил Морозов. — И она даже не совсем человек. В моем мире таких как она называют сиренами. Они невероятно сильны и желанны для многих аристократов из миров, подобного моему родному.
— Это слишком странно, — пробормотал я. — Она простолюдинка. Не имеет силы. Только странную особенность видеть вещие сны. Но она определенно человек.
— Ну, при переходе через грань, многое подстраивается под законы этого мира, — пояснил Морозов. — Сирены считаются на моей родине высшей нежитью. Иногда при переходе они могут терять часть своих сил. Некоторые становятся людьми. Или кажутся таковыми до определенного момента.
— Момента? — насторожился я.
