Утро омрачено непредвиденной работой, где каждый момент важен. Павел Филиппович готовится к неизвестной встрече, но волнение и неуверенность как будто оттягивают его впереди шаги. У него нет времени на бесполезные задумки — улицы заполнены суетой, а важная встреча ждет за углом....
Лаврентий Лавович вынул из кармана небольшую записную книжку и обломок карандаша, приготовившись записывать.
— Мне хочется составить список ингредиентов, — пробормотал он и лишь потом взглянул на меня. — Вы позволите мне поговорить с вашим миньоном?
— Я не слуга некроманта! — возмутился Козырев и сразу же раздался в плечах.
— Спокойно! — Я слегка повысил голос, добавив в него силу. — Лаврентий Лавович — часть моей семьи.
— Прямо уж и припугнуть нельзя… — проворчал Василий, разом стряхивая с себя жуткую маску.
— Так вы свободный призрак? Такой же, как Виноградова? — восхитился лекарь.
— Она тут? — всполошился старик. Он замерцал и принялся озираться.
— Вы знали эту женщину? — спросил я, жестами давая понять Лаврентию, что говорить лишнего при новом призраке все же не стоит.
Василий пригладил волосы.
— Про нее среди призраков ходят разные слухи, мастер некромант, — начал он. — Она умеет шептать, и даже я сам не раз ее слышал. Неужто она у вас обитает? Вы ее сделали своей прислужницей?
— Любовь Федоровна перебралась в другое место обитания, — уклончиво ответил я.
— Слава Искупителю! — с облегчением пробормотал мужчина. — Я слышал, что при жизни она была на редкость стервозной дамой. Даже боюсь представить, как испортила ее смерть.
— Просто ты боишься, что она могла бы тебя сожрать, — проворчал Фома, который как раз поднялся по ступеням.
— А если и так! — не стал отпираться Козырев.
Я покачал головой.
— Вон оно как…
— Так вы не возражаете, если мы с вашим гостем пообщаемся? — вновь задал вопрос лекарь, открыв блокнот на пустой странице.
— Можете воспользоваться приемной, чтобы сделать записи. Я оставлю тотем, пока он вам будет нужен, — позволил я.
— Это не сильно вас затруднит? — лекарь внимательно посмотрел на меня.
— Если вдруг Василий для вас пропадет, то кликните меня, — предложил Питерский. — Я вам стану переводить его слова, чтобы вы их записали.
— Как славно! — восхитился лекарь. — Не возражаете, если я останусь в гостевой на ночь?
Я не стал отказывать парню, точно понимая, что он не заснет, пока не запишет рецепты сборов. А оставшуюся часть ночи будет придумывать собственные.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
