Рассвет унес смерти в свои объятья, но я словно падал в бездонную пустоту, заполненную густым молочно-белым туманом. Там я видел странные образы, которые перекликивались сотнями голосов — они не были страшными, а манили меня присоединиться. Вдруг падение прекратилось, и густой туман рассеивался, открывая передо мной мир, где звезды казались такими близко и яркими....
Ничего больше она ему не давала. Только зеркало того, что он сам творил.
— Нет. Все не так… — Савельева тряхнула головой. — Он говорил, что это был ад!
— Который Чернов устроил тут, — резким движением я скинул со стола колбу с костяными пальцами.
Фаланги рассыпались по полу и Ольга дернулась, чтобы не коснуться останков.
— Быть может, вы и полюбили его когда-то. Вероятно, тогда он еще был человеком. Но спустя время Чернов превратился в чудовище. Кому придет в голову хранить в своем доме кости убитых им людей? Кого еще Мара могла бы заточить в клетку из его собственных грехов?
— Не вам судить о том, кто хороший, а кто плохой, — Ольга растянула губы в злой усмешке, — Ваш отец тоже был одним из тех, по ком сейчас каторга плачет.
— Самосуд — это пережиток Смуты, мастер Савельева. Когда закон не мог сдержать множество желающих нажиться на чужом горе. Наступило время законности. И виновность человека может определять суд.
При упоминании правосудия, Савельева вздрогнула, словно только сейчас поняла, что натворила.
Она уставилась остекленевшими глазами на череп, который лежал у стены.
— Я просто хотела дать ему второй шанс. Нам с ним, — женщина опустила плечи и заплакала. — Каждый имеет право на шанс.
— Он будет у вас, — мягко продолжил я.
— И. что теперь меня ждет? — растерянно спросила она. — Мастер Щукин говорил, что Империя создала особый отдел по преступлениям, связанным с призраками.
— Вашу судьбу буду решать не я, а кустодии, — произнес я.
— Причем здесь кустодии… — начала было женщина, но я ее перебил:
— При том, что ваши умения по переселению душ — дело новое.
Савельева вздрогнула и сжалась, словно стараясь стать незаметнее. Вероятно, она только сейчас осознала, что оказалась в очень уязвимом положении.
— Но ваши способности могут быть полезны для Империи, — продолжил я. — Вопрос в том, как предоставить эту информацию для нужных людей.
Дрожащей рукой женщина погладила лицо из дерева, а потом кивнула:
— Даю слово.
Она неспешно повторила клятву.
— Вот и чудно, — ответил я и направился к лестнице. Уже у выхода я остановился и обернулся:
— Да, и еще одно: Чернов должен остаться там, куда я его перевел.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
