А затем недовольный отрывистый голос жандарма:
— Что-то срочное, Павел Филиппович?
На заднем плане в динамике послышалось неразборчивое пьяное бормотание, и Иванов обратился ко мне:
— Подождите минутку.
Раздался шелест, словно телефон убрали в карман. А затем приглушенные удары и окрик:
— А, ну быстро успокоился!
Я удивленно поднял бровь. А в динамике вновь послышался голос жандарма:
— Простите, мастер Чехов. О чем вы желали поговорить?
— Наверное, я не вовремя… — начал было я, но Дмитрий меня перебил:
— Ну что вы, Павел Филиппович. Пятница. Время, когда отделения заполняются бузотерами и хулиганьем. А сегодня еще футбол. Эта публика не понимает хорошего обращения и человеческого языка. Итак, о чем мы там говорили?
— В деле Волкова был один свидетель, который опознал фигурантов, — начал я и достал из ящика стола папку с делом. Перелистал страницы, нашел нужную и продолжил:
— Некий Пономарев. Он был единственным пострадавшим в деле. Не могли бы вы подсказать его адрес?
— Хорошо, Павел Филиппович.
По установленной традиции Иванов отменил вызов не попрощавшись. Я пожал плечами и положил телефон на стол. А через несколько мгновений в дверь постучали. И в приоткрывшуюся щель между створкой и косяком появилась голова Фомы:
— Вашество, я тут узнать хотел по поводу того… Делового центра.
— По поводу какого? — не понял я.
— Где вы помещение арендовать хотели, — терпеливо продолжил слуга.
— А, точно, — вспомнил я и уточнил. — И что?
Фома хитро улыбнулся:
— Так можно сегодня все и устроить.
Я задумчиво потер ладонью подбородок:
— Хм. Полагаешь?
— А то! Незачем тянуть. Не зря говорят, что ковать железо надобно горячим,- заверил слуга.
— Ну, почему бы и нет? — ответил я.
Фома кивнул:
— Тогда пойду подготовлю «Ласточку».
Питерский исчез за дверью. Я же взял лежавший на столе телефон и хотел было позвонить жандарму, но аппарат в ладони зажужжал.
— Дмитрий Иванов, — прочитал я высветившееся на экране имя и довольно улыбнулся. — На ловца и зверь бежит.
Нажал на кнопку, принимая вызов. И в динамике послышался уставший голос:
— У меня для вас плохие новости, мастер Чехов. Потерпевший по делу трагически скончался через год после оглашения приговора Волкову.
— Вот как? — удивился я. — И как же это произошло?
Послышался звук шагов, словно мой собеседник прошел по коридору. Затем раздался скрип открывшейся двери и щелчок зажигалки.
— После суда Пономарев получил крупный контракт на застройку, это помогло парню выбраться из долгов и переехать из городской квартиры на остров Промышленников. Но потом пришла смена Императора, и стройка начала буксовать, Пономареву пришлось набрать кредитов, но и это не спасло компанию.