Судя по синякам на коже, одна из девиц была задушена.
— Мне нужны те, кто знал Волкова, — обратился я к собравшимся.
— А зачем вам, мастер некромант? — уточнил один из парней, который стоял чуть в стороне. Скорее всего, он пришел от того дома, который задел туман. И видимо был достаточно сильным. Заметив мое внимание, он вышел вперед и усмехнулся.
— Хочу узнать кое-что про него, — уклончиво ответил я.
Ярослав, который до этого спокойно стоял у стены, поигрывая ножом, шагнул ко мне и уточнил:
— Нужна помощь, мастер Чехов?"
"Парни как по команде со злобой уставились на него.
Один из них, скорее всего по старой прижизненной привычке, потянулся за спину. За пояс. Но культист спокойно произнес:
— Не советую. Тебе будет очень больно.
— Зачем устраивать ненужный конфликт, — улыбнулся я, сглаживая напряжение, а затем резко приказал, добавив в слова силу:
— Кто из вас знает Волкова?
— Я, мастер некромант, — послушно ответил тот, что до этого вышел вперед и интересовался, зачем мне информация про «октябриста».
— Хорошо знаешь? — уточнил я.
— С детства, — был мне ответ. — Так что лучше некуда.
Я разорвал линии силы, кормившие других призраков, напитал нужного, чтобы тот проявился в реальном мире. Он встряхнулся, словно собака и поправил воротник, поставив его стойкой.
— Как тебя зовут?
— Тимур. Прозвище Чума, — был мне ответ.
— Почему Чума? — не удержавшись, спросила Нечаева. Но призрак проигнорировал вопрос девушки, демонстративно не глядя на мою спутницу.
Впрочем, ее это совершенно не смутило.
Пришлось повторить вопрос.
— Потому что с детства был беспокойным, — ответил тот. — Вот и прилипло ко мне это погоняло.
— Вы состояли с Волковым в одной банде?
— Да, — хвастливо приосанился парень. — С самого основания, считай.
— Сколько вас было?
— Со временем осталось шестеро, — ответил призрак и с сожалением сплюнул на асфальт. — Мы работали тихо, без лишней крови. И восстанавливали справедливость.
— Удивительно, — Нечаева прижала ладони к груди.
— Но в живых осталось двое.
Наверное, — парень погрустнел. — Я не слышу их голосов в межмирье.
— Остальных убили?
Чума горько усмехнулся, продемонстрировав кривую от застарелого шрама ухмылку, и покачал головой:
— Их погубили вредные привычки. Хотя в некоторых случаях за этими привычками и правда стоял один человек.
Я кивнул и не стал уточнять подробности.
— Ты знаешь что-то про расписку, которую Волков составил для Самохвалова?
Парень нахмурился, будто бы вспоминая.