В исторической части города и в Петровском саду, романтическое напряжение тонко уравновешивается веселым чаем в кабинете. Здесь словно молнией прорезалась история "Договор на крови", заставляющая переживать и думать обо всем происходящем с новой стороны.
— Быть может? — ласково уточнил жандарм. — Или такое случается?
— Вы правы. Такое частенько бывает. Вы знаете, сейчас со мной работает отвратительный юноша. Он носит серьгу в ухе, слушает жуткую музыку, и я лично видел у него на плече какую-то ужасную татуировку. И при этом мерзавец вполне себе неглупый. Страшно понимать, что уходит целая эпоха приличных людей. Раньше было по-другому.
— Непонимание ведет к неприязни. Я вот иногда ловлю себя на мысли, что хочу убить кого-нибудь из коллег, с кем у нас разные взгляды на работу.
— Нет, — мужчина вновь снял очки и принялся натирать стекла тканью. — Что вы, мастер. Я человек порядочный и мирный. Все же я не подросток, чтобы допускать такие мысли.
— А когда вы работали с Сеченовым?
— Нет, что вы, мастер Иванов, — поспешно ответил Сергеев, но голос его едва заметно дрогнул. Мужчина уже внимательнее присмотрелся к кружке.
Иванов вздохнул:
— Вы поразительный человек. Мне бы ваше терпение.
Сергеев промолчал, подозрительно глядя на жандарма.
— А еще, на работе часто случаются конфликты. У вас были конфликты с Сеченовым?"
"— Нет… — начал Сергеев, и заметив удивление на лице жандарма, быстро добавил:
— Не знаю. Точнее, не помню. Прошло так много времени. Иногда я забываю, что ел на завтрак или когда менял носки.
— Странно, — протянул Дмитрий. — Обычно такие конфликты хорошо запоминаются. Люди испытывают злобу или стресс. Яркие эмоции.
Роман потер ладонью подбородок:
— Мы оба были добросердечными людьми, для которых наука была важнейшим в жизни, — ответил он.
Иванов кивнул:
— Понимаю. И никто никого не притеснял, не пытался быть главным?
— Нет, что вы? — воскликнул Сергеев, и как мне показалось, в голосе молодого мужчины прозвучали нотки возмущения. И Иванов почуял их, словно натасканная на красные грибы собака. Он впился в эту тему стальной хваткой:
— Сеченов же был старше вас. Старая школа. У него было больше опыта, знакомств, связей, последователей.
— Нет! — выкрикнул парень и ударил по подлокотнику кресла. — Да, он был старше. Но работ было больше у меня! Я весьма талантлив. И на многое способен!
Роман понял, что погорячился и принялся утирать рукавов выступившую на лбу испарину.
— А вас поставили к нему в подчинение, — с сочувствием произнес жандарм. — И при этом вы уверены, что между вами не было конфликтов.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
