В исторической части города и в Петровском саду, романтическое напряжение тонко уравновешивается веселым чаем в кабинете. Здесь словно молнией прорезалась история "Договор на крови", заставляющая переживать и думать обо всем происходящем с новой стороны.
Большой пушистый шмель уселся ей на ладонь и принялся почесывать свое пухлое брюшко.
— Взгляните какой миленький, — воскликнула девушка, показывая мне своего нового приятеля.
— Вы уверены, что он не укусит? — насторожился я.
— Они не кусают без причины, — усмехнулась Нечаева и нежно коснулась подушечкой пальца спинки насекомого. — Поверьте, люди куда опаснее.
Шмель замер под лаской девушки, а потом зажужжал и взлетел. Арина проводила его сияющим взглядом, а затем перевела глаза на очередной куст, усыпанный удивительными красными цветами.
— Вы только посмотрите, — вздохнула она и ухватила меня за руку, подводя к понравившемуся растению.
— Чудо, — согласился я, но смотрел при этом вовсе не на цветы.
Солнце проникало сквозь стеклянный потолок и рассыпало блики по траве, листьям, невысоким деревьям. Лучи заставляли ее кожу сиять. Не осознавая, что делаю это в реальности, я отвел прядь волос, которая упала на лоб девушки, и заправил за аккуратное ушко.
Арина вспыхнула и потупилась.
В этот момент между нашими лицами закружились несколько крохотных бабочек, и я зажмурился.
— Я вам не нравлюсь? — дыхание девушки коснулось моего подбородка.
Мне хотелось оставаться в этом месте рядом с ней и не двигаться.
— Арина… — сказал я негромко и заставил себя посмотреть на помощницу.
Та не отводила взгляд и не казалась мне смущенной. Она свела брови у переносицы и закусила губу.
— Простите, Павел Филиппович. Я не должна вести себя так. И не имею права спрашивать вас о подобном…
Она отошла от меня на пару шагов и стало холодно. Так, словно солнце померкло. Появилась отчаянная необходимо вернуть его. Не сомневаясь больше ни секунды, я подался к Нечаевой, взял ее пальцы в свою ладонь и коснулся их губами.
— Что… — удивленно начала она, но я качнул головой и произнес:
— Рядом с вами жизнь кажется привлекательнее смерти. Вы единственная из живых, кто говорит правду и не пытается казаться лучше.
— Это комплимент? — робко уточнила девушка.
— У меня скверно получается, — согласился я. — Но я бы хотел приглашать вас на прогулки в дни, когда вы не являетесь моим секретарем.
Девушка зарделась, но не отняла у меня ладонь.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
