Утро. В уютной резиденции, где воздух наполнен легким ароматом кофе и печенья, Алексей Морозов и Зимин обсуждают последние новости. Начало дня несет с собой ощущение теплой домашней тишины, но в сердце каждого читаются тревога и надежда на будущее. Внезапно разговор перешел на тему опасности, исходящей из невидимых уголков жизни, где сила непредсказуемого человека может стать могучим оружием....
Только вот все призраки говорят, что на болота их обманом заманили. И убили.
– Вот как? - удивленно уточнил Двушкин. - И кто же? Если это правда, то душегуба надо изловить и наказать по всей строгости. Мне слухи про убивцев болотных не нужны. И я окажу вам всю посильную помощь…
Кустодий сжал зубы так крепко, что вздулись желваки на скулах. А на лбу Стаса запульсировала вена. В следующую секунду, криомастер резко вскочил с места:
– Хватит! - рявкнул он и хлопнул ладонью по столешнице. И от удара стоявшая на столе посуда подпрыгнула и жалобно зазвенела.
За спиной послышалось тихое рычание. И я обернулся. Псы уже собрались в нескольких шагах от нас. И поведение кустодия им явно не нравилось. Собаки скалили зубы, а шерсть на их загривках поднялась.
– Нельзя! - рявкнул Никон. - Гулять!
Псы послушно разошлись. А конюший обратился к Зимину:
– Вы нормально обьясните, мастер кустодий. Без нервов. Если день неважный выдался, я попрошу отвара успокаивающего подать.
Я удивленно смотрел на Двушкина. Мужчина был абсолютно спокоен.
Зимин вздохнул. А Шуйский продолжил за него:
– Мастер Двушкин. Мы смогли допросить всех погибших при помощи некроманта.
– Это я уж понял, - ответил хозяин дома. - Чай не дурак. С духами только некроманты да шаманы говорить горазды.
– И все девушки сказали, что их убили вы, - продолжил жандарм. - Поэтому зачем ломать здесь комедию и злить моего друга.
Рот Двушкина аж приоткрылся от удивления. Несколько секунд, он смотрел на нас.
– Это шутка такая, Дмитрий Васильевич? - уточнил он, и в голосе Двушкина слышалось нескрываемое удивление. - Я здесь при чем?
Я ждал, что конюший хотя бы попытается оправдаться, мол “оговаривают меня эти бабы”. Но хозяин дома молча и с непониманием смотрел на жандарма, ожидая ответа.
Шуйский открыл папку, вынул стопку протоколов и положил их на стол:
– Вот показания всех мертвых девушек, - начал он, перебирая листы. - Все они указывают на вас, как на убийцу.
И в этот раз конюший смог меня удивить. Он не испугался, не разозлился. Не стал насмехаться, что мы ничего не докажем. Только растерянно забормотал:
– Да не я это. Искупителем клянусь. Я не мог так с ними. Они хорошие были. Могу перед допросом мастера душеправа ответить. Или поклясться чем угодно.
На глазах Двушкина вдруг выступили слезы. И в этот момент, я засомневался в показаниях призраков.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
