Несмотря на приятное утро с росистым светом, я чувствовал себя немного замкнутым и напряженным. Взгляд в зеркало был каким-то старым и знакомым — старое зеркало, через которое я видел не самого себя, а свое прошлое.
От этой фразы на губах Виноградовой проступила легкая улыбка:
— До чего же ты хороший, Фомушка, — вздохнула она и откинула со лба прядь волос. — Не знаю, за что Искупитель наградил меня таким другом...
Она потупилась, словно смутилась своих слов. Я же подошел к ней и сказал:
— С этого дня я прошу вас без стеснений брать у меня столько сил, сколько нужно.
— Да ее не так много и надо, — рассеянно ответила женщина.
— Вы для меня не посторонний человек...
Любовь Федоровна покачала головой.
— Я не человек, Павел.
— Это уж не вам решать! — пробасил Питерский. — Пусть вы и померли, но от этого не перестали быть человеком.
Женщина слабо улыбнулась:
— И поэтому ты мне венок подарил?
— Я свою ошибку уже учел, — отозвался помощник. — Павел Филиппович мне все пояснил. А после разговора с ним я посадил цветы под окном.
Хозяйка дома спрыгнула на пол и поправила безупречный подол платья. Подошла ближе и усмехнулась:
— Что бы я без вас делала?
— Веселились бы, как привыкли... — сказал я и потер подбородок.
— Любую... — повторила Любовь Федоровна, словно бы размышляя вслух.
— Как много вам надо легализовать средств и ценностей? — деловито спросил я.
Призрачная дама обреченно вздохнула:
— Много, Паша, много...
— Что ж, разберемся, — ответил я. — Обворовывать вас я не стану, об этом можете не беспокоиться. Теперь Фома будет спокойно размещать вклады в банке. Никто не посмеет сунуться в его дела. Что до фискальной службы.
— Я могу все оформить так, что это они нам будут должны, — с готовностью предложила Виноградова.
Но я покачал головой:
— Таких крайностей нам не надо. Думаю, если мы и впрямь откроем небольшое предприятие на болотах, то вы сумеете легализовать любые суммы.
— Я все сделаю по высшему разряду! — просияла женщина.
— Не сомневаюсь. Так что придется соглашаться на предложение Морозова.
Я щелкнул пальцами, призывая тотем. Тот выбрался из пола и принялся деловито изучать подставку для зонтов.
Мне не хотелось мешать пеньку исследовать дом, вместо этого я бросил нить силы Любови Федоровне. Та немного неохотно ухватила струйку энергии и без особого голода сделала несколько глотков. Затем отстранилась и коротко поблагодарила:
— Спасибо, Павел.
— Вам достаточно? — спросил я с беспокойством.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
