Император едва заметно улыбнулся и обернулся в нашу сторону, ожидая ответа:
— Как вы думаете, Павел Филиппович? — уточнил он. — Ведь вам было нанесено оскорбление.
Князь Минин едва сдержал торжествующую улыбку, вероятно, решив, что я не смогу возразить.
Я ненадолго задумался, подбирая слова. А затем осторожно начал:
— Кроме нанесенного оскорбления, некие личности, те, кто скрывался под масками волков, нарушили обе главные заповеди. Они пытались выяснить, кто же находится под масками до полуночи. И они же хотели применить силу в месте, где это было запрещено. В месте, где всем гостям гарантировалась безопасность. А это уже оскорбление не только нашей семье, но и укладу гостей дома, под чьей защитой находились приглашенные. И всему высокому обществу Петрограда. Это поведение хорошо подходит для разбойного люда из приютских бастардов. Но никак не для высокого общества.
Боковым зрением я заметил, что Софья Яковлевна одобрительно кивнула, когда я закончил речь. Даже в глазах отца промелькнуло что-то вроде уважения.
Лицо старшего Минина скривилось. А губы напряглись, образуя тонкую линию. Он открыл было рот, чтобы что-то ответить, но говорить не стал. Император же, наоборот, довольно кивнул:
— Принимается. Вы неплохо учились в лицее, юноша. Подкованы, умеете выстроить речь. Без подготовки, надо отметить.
Он обернулся к Мининым, которые едва слышно совещались для ответа:
— Если Павел Филиппович прав, то оскорбление нанесено не только семье Чеховых, — произнес Станислав Викторович. — Это вполне веская причина для разбирательства. И вам придется нести ответ по всем правилам.
— С чего Павел Филиппович взял, что под масками находился кто-то из Мининых? — ехидно уточнил один из ответчиков, видимо, тот самый наследник рода. — Насколько я помню, Мастер Смерть и Кошка не остались до момента снятия масок. Ведь так?
Он испытующе посмотрел на меня, и я кивнул:
— Все верно. Вы верно помните.
— Так как же вы узнали личность того, кто скрылся за маской Волка? — продолжал любопытствовать парень.
— Вы не помните, какую маску сняли со своего лица в ту ночь? — я выдержал злой взгляд парня и продолжил, не дождавшись ответа, — В тот вечер драке помешал мастер Палач. Криомастер, который по правилам дуэльного кодекса вступился за нас, так как я и моя спутница были в меньшинстве. Думаю, он и в одиночку смог бы перебить всех этих волков.