— Да не хочется мне с этим всем разбираться, Павел Филиппович, — признался мужчина. — Я тут новую жизнь начал. И, оглядываясь назад, даже недоумеваю, как я раньше жил и что творил со своей судьбой.
— Соглашение составить будет несложно. Конверт можно взять у Нечаевой и отправить со всей корреспонденцией почтовой службой.
— И оплату провести через Арину Родионовну? — уточнил Евсеев.
— Оплату оформим в пятьдесят копеек, чтобы все было официально, — подтвердил я, пряча улыбку.
Евсеев довольно закивал.
— Спасибо, мастер Чехов. Век за вас молиться буду. И потом, если на другую сторону не уйду.
С этими словами он развернулся и зашагал в сторону пристройки, в которой квартировался.
Призраки куда-то подевались. Во всяком случае, на первом этаже я не встретил ни Козырева, ни Ярослава. Я поднялся по ступеням, остановился на пороге кухни, где за столом уже собрались близкие. И судя по обрывкам фраз, темой беседы все еще была предстоящая свадьба Фомы.
Заметив меня, собравшиеся сразу прекратили разговор.
— Где пропадали, Павел Филиппович? — уточнила Яблокова.
— Закрыл одно из дел по назначению, — ответил я, сев в свободное кресло. — А потом решил помочь нашей жандармерии с острожным бунтом.
При этих словах Софья Яковлевна на миг побледнела. А затем недовольно поджала губы и покачала головой:
— Решил поработать с недавно обращенными призраками? — сухо уточнила она.
— Они безобразничали. Пугали следственную группу, пытались воздействовать на живых. Мне пришлось вмешаться, пока в остроге не произошло что-то нехорошее. К тому же со мной был Фома Ведович.
— И как все прошло? — спросила Людмила Федоровна.
— Поначалу было тяжело, — признался я. — Но в целом все получилось.
Бабушка покачала головой:
— Все равно это был отчаянный поступок. Свежие призраки бывают очень своевольны и сильны. А ты только что пришел в себя.
— Я успел отдохнуть, пока спал, — возразил я с улыбкой. — Поверь, я не стал бы рисковать понапрасну. У меня слишком много планов на жизнь. И даже несмотря на то, что я некромант, умирать мне совсем не хочется.
Я пристально взглянул на смотрящую на меня в упор Арину Родионовну. Она не отвела глаз, и на мгновенье мне показалось, что ее зрачки стали узкими, как у кошки, которая смотрит на свет. Затем иллюзия спала, и я понял, что все это время не дышал.
— Я заварю чай, — предложила девушка. И направилась к плите.
— В коробочке со слоном лежат листья мяты, — подсказала Яблокова. — Павлу Филипповичу сейчас полезно выпить чаю с мятой.