Я разорвал линии силы, кормившие других призраков, напитал нужного, чтобы тот проявился в реальном мире. Он встряхнулся, словно собака и поправил воротник, поставив его стойкой.
— Тимур. Прозвище Чума, — был мне ответ.
— Почему Чума? — не удержавшись, спросила Нечаева. Но призрак проигнорировал вопрос девушки, демонстративно не глядя на мою спутницу.
Впрочем, ее это совершенно не смутило. Пришлось повторить вопрос.
— Потому что с детства был беспокойным, — ответил тот. — Вот и прилипло ко мне это погоняло.
— Вы состояли с Волковым в одной банде?
— Да, — хвастливо приосанился парень. — С самого основания, считай.
— Со временем осталось шестеро, — ответил призрак и с сожалением сплюнул на асфальт. — Мы работали тихо, без лишней крови. И восстанавливали справедливость.
— Удивительно, — Нечаева прижала ладони к груди.
— Но в живых осталось двое. Наверное, — парень погрустнел. — Я не слышу их голосов в межмирье.
Чума горько усмехнулся, продемонстрировав кривую от застарелого шрама ухмылку, и покачал головой:
— Их погубили вредные привычки. Хотя в некоторых случаях за этими привычками и правда стоял один человек.
Я кивнул и не стал уточнять подробности.
— Ты знаешь что-то про расписку, которую Волков составил для Самохвалова?
Парень нахмурился, будто бы вспоминая. Наконец, нехотя ответил:
— Волков много расписок писал. Деньги, которые мы получали, нужно было легализовать.
— Мне интересна только одна, — с нажимом произнес я, и призрак кивнул:
— Рассказывай, — потребовал я.
Чума заговорил. И во время рассказа, последние части мозаики в моей голове сложились в единое целое. А у меня созрел один хитрый план, как все разыграть так, чтобы выиграть дело. И при этом поступить так, чтобы справедливость восторжествовала.
— Мне нужно, чтобы ты повторил это в суде, — произнес я, когда призрак закончил рассказ.
Чума покачал головой:
— Я с понятием, мастер некромант. Вы уж простите, но перед судьей выступать не стану.
— В мире призраков другие правила, разве ты этого не понял? Там нет никаких понятий.
— Да и здесь их тоже нет, — подхватила Нечаева. — Все уже давно от этого отказались, и остались живы.
Тимур задумался, я хитро прищурился и уточнил:
— Хочешь отомстить тому, кто заварил эту кашу?
При упоминании о мести глаза призрака сузились:
— Только этим и держусь в здравом уме, мастер, — прошипел он.
— Тогда помоги мне. А я помогу тебе.
Чума ненадолго задумался, а затем кивнул:
— Наверное, вы правы. В мире призраков другие законы.