Арина Родионовна потупилась, и я сделал знак рукой, чтобы остановить откровения Виноградовой. Подошел к девушке и положил ладони на ее плечи.
— Я слышал в тот момент какой-то странный звук. Словно в лесу охотится зверь. Задумываться об этом звуке мне было некогда.
— Мне было больно, — тихо сообщила Арина и подняла на меня повлажневшие глаза. — Вы умерли, Павел Филиппович. И я это ощутила. Это ужасно.
— Мне тоже было страшно, — сказал я негромко. — И я очень постараюсь, чтобы такого больше не повторилось.
— Постарайтесь. Иначе я задам вам знатную трепку. После того, как найду.
— Найдете? — удивился я.
Нечаева подалась ко мне навстречу и приподнялась на носочки. Ее дыхание коснулись моего подбородка, когда она заговорила:
— Я вас найду, в какую бы кассу вы ни направились на том вокзале. И последую за вами.
Если бы не Виноградова, которая буквально стояла за моей спиной, то я бы наклонился и коснулся губ девушки своими. Кажется, Арина Родионовна тоже подумала об этом и отступила на полшага назад. Я невольно качнулся следом и нехотя остановился.
— Так ты шаманка? — все же уточнила Виноградова.
Я с укором посмотрел на болтливого призрака. Но та лишь пожала плечами, не особенно впечатлившись моему возмущению.
— Нет, — ответил я, и призрак кивнула:
— Ладно, не хотите говорить — не надо. Потом все разузнаю. А пока могу рассказать, чем для тебя обернулась та смерть во имя спасения вредной девы.
Нечаева едва заметно хмыкнула, явно довольная тем, что бухгалтеру не понравилась Свиридова.
— Итак, пока ты был простым смертным, хоть и некромантом, то смерть тебя не замечала и не знала, так сказать, «в лицо». Ты мог спокойно заходить на территорию мертвых и оставался там гостем. А теперь ты помечен печатью смерти. Она тебя видела. И в ее чертогах такой человек уже почти как свой.
— То есть, мне нельзя заходить на вокзал? — уточнил я.
— Можно, — возразила Виноградова. — Кто же может некроманту запретить делать то, что он умеет. Да только теперь тебе придется использовать для этого больше сил. Нужно иметь повод, чтобы вернуться. То, что будет для тебя якорем в этом мире.
— Ну, повод у меня есть. — обескураженно заявил я. — Я ведь живой.
Однако я мигом замялся и замолчал, вспомнив странное ощущение, которое испытал вдали ото входа в портал.
— Уточни подробности у своей бабушки. Она наверняка имеет опыт в таких делах. Потому что я точно вижу, что она умирала уже в этой жизни, как бы странно это ни звучало. Быть может у вас, некромантов, есть какие-то якори, которые позволяют вам возвращаться, даже когда вы глубоко погружаетесь в посмертие
Виноградова как-то странно нахмурилась, словно вспомнила о чем-то неприятном.