В мрачном зеркале Гражданской войны два фронта встречались в неспокойной степи. Тот, кто еще недавно бился за одну страну, теперь готов был только убить другого. В этой схватке был я — хороший наездник, но оказался под сильнейшим нападением противника. Гнев и злость разрывали седла и топтали мечи....
Главное – не допустить чрезвычайных происшествий.
Особенно меня беспокоил «Пролетарский дизель». Если и правда враг планирует там теракт, то вполне может приурочить его к выборам. Это какой плевок в лицо всему народу! И отвечать нам бы пришлось по всей строгости.
Поэтому на «Дизель» я мобилизовал всю общественность, агентуру, отправил туда сотрудников госбезопасности и милиции в гражданской одежде и в форме, чтобы муха не пролетела на территорию. Поднял весь ВОХР.
И все прошло как по маслу. Ни единого серьезного чрезвычайного происшествия по области.
Передо мной на столе лежала расширенная справка из аналитического отдела.
«Затурский район. На избирательном участке сорван митинг избирателей по причине того, что председатель колхоза и два бригадира напились пьяными…
Фабричный район. Членом избирательной комиссии оказался исключенный из ВКП(б) за развал колхоза Иванов. А в соседнем избирательном участке членом избирательной комиссии был сын крупного кулака…
Отмечены факты антисоветской пропаганды при массовых скоплениях народа.
Октябрьский район. «Не зря умные люди говорят, что все равно капиталисты победят большевиков. Царство капитала в Советском Союзе воскреснет. Капитализм – это сила непобедимая, и большевикам его не победить». (Колхозник колхоза «Красный трактор» Абрамов. Дано указание на арест.)
Пролетарский район. «Хорошо было бы, если бы праздники были почаще, а если бы умер Сталин, то мы праздновали бы целый год, а когда бы умерли и остальные – Молотов, Каганович, Ежов, то тогда зажили бы вовсю еще лучше».
Роговской район. «Эта власть не наша и мы за нее голосовать не должны. Пусть голосуют те, кому она нужна, а мы и без советской власти обойдемся». (Сорокин – активный белогвардеец. Дано указание на арест.)»
Были мелкие выходки по линии общественного порядка. Народ в основной массе воспринял выборы как праздник.
Через день после окончания выборной суеты меня личным звонком вызвал Гаевский.
Когда я вошел к нему в кабинет, он поднялся с места, крепко пожал мне руку. Он находился во вполне оптимистичном состоянии духа. То, что выборы прошли гладко, его воодушевило. Он даже предложил мне подать списки на награждение отличившихся сотрудников.
Потом кивнул на папку:
– Вот нужные бумаги. Выпускаем ваш аэроклуб.
