В мрачном зеркале Гражданской войны два фронта встречались в неспокойной степи. Тот, кто еще недавно бился за одну страну, теперь готов был только убить другого. В этой схватке был я — хороший наездник, но оказался под сильнейшим нападением противника. Гнев и злость разрывали седла и топтали мечи....
– Я раньше восьми с работы не ухожу. А то и до десяти.
– Отпросишься. Сошлешься на самочувствие. На свидание с дамой. Или в кино хочешь сходить на «Волгу-Волгу». Но в семь мы встречаемся. – Я помолчал, а потом спросил: – Скажи, я был прав?
– У тебя какая-то способность глядеть в корень. Ты был прав. Это сволочи… До встречи…
Глава 12
Без стука в кабинет вошел Фадей. Лицо кислое. На ходу бросил:
– Выселки. Там «Крикуна» нашли.
– Живой хоть?
– Ну да, размечтался! Холодный уже. Как от нас сорвался, в ту же ночь его и прибрали, болезного.
– Та-а-а-ак.
– Хочешь на место съездить?
– Полюбоваться на тело? И тем самым засветить свой интерес? – невесело хмыкнул я. – Нет. Однако все материалы по убийству мне на стол. Протокол осмотра, рапорта.
– Как закончат с оформлением – так сразу.
Выселки – это самый запущенный и неустроенный район города. Хуже Нахаловки в сто раз.
Судмедэксперт утверждал, что били шилом. Такой инструмент у криминального элемента не то чтобы редок, но и не слишком любим.
Я вызвал к себе начальника уголовного розыска Афанасьева. Тот был, как всегда, полон сарказма, специфического юмора и дурной энергии.
– Найдем, – заверил он. – Ворье уже активистов резать начало. Мы им это не спустим.
– Есть прикидки?
– Тело тащили для того, чтобы спрятать, – пояснил Афанасьев.
– Подключай хоть всех своих людей до единого. Как кабан носом землю рой. Но мне нужна информация по этому убийству.
– Понятно. Мы тут трясем контингент.
