Потом снова что-то грохнуло, да так сильно, что живо напомнило Диме сражение со скреббером, тот с похожим звуком пулялся своими разрядами. Звук тем временем сменился нагрохот, когда рушилось здание и встрепенувшиеся рейдеры увидели где-то в полукилометре вдоль по реке поднимающийся столб пыли. И правда, рухнуло что-то.
— Чё за херня там творится? — спросил в воздух Кумар, так как ответить никто ему не мог. Тут же и рация заговорила, это Анжелика интересовалась происходящим.
Бой. Почему-то Дима был уверен, что там кто-то сражается. Только вот сражение это очень странное, ни выстрелов, ни взрывов.
— Элитники сцепились, шо ли… не хотел бы я там оказаться… — предположил Бесогон.
Обрушилось ещё что-то, донёсся приглушенный рёв, ну точно, твари драку устроили. Вот только что там за Элитники такие, что здания складываются, будто карточные?!
— Матёрые же твари там месятся! — уважительно и с опаской произнёс Кумар, взглянув на напарников.
А разошлись там не на шутку. Грохот то нарастал, то сменялся дробным треском рвущейся тряпки, что-то часто и звонко лязгало металлом. Спустя, наверное, минуту, всё неожиданно стихло. А через несколько секунд донёсся то ли рёв, то ли рык. И явно победный. Через мгновение к этому присоединился ещё один, более низкий и клокочущий.
— Е… вашу мать… да чё там творится-то?! — Кумар аж присел на месте. Снова заговорила рация, Дима ответил Анжелике, что сам не знает и чтобы не высовывались.
Ещё через минуту Медоед понял, что поведение тварей изменилось. С них словно пелена какая-то спала, снова ими завладел Голод и злоба. Что было с заражёнными до этого, Медоед так и не понял, шкуры свои от этих самых тварей спасали, на анализ времени не имелось. И даже манера движения волны заражённых стала другой. Многие начали драться, другие спешили убраться подальше. Что-то это всё напоминало, но уставший от напряжения разум пока не мог выдать ответа, потому Дима и не стал мучить голову. Собственно, так поступили и остальные, снова усевшись у бортика.
К девушкам рейдеры перешли только к вечеру, когда в округе стало потише и беспокойных заражённых стало меньше. Кумар к тому времени начал выдыхаться, обновлять "кисляк" становилось всё сложнее.
Из здания мужчины выбирались через второй подъезд и с превеликой осторожностью. Стены и пол во многих местах пошли широкими трещинами и ощущалось напряжение, в котором находится дом. Ещё одну такую встряску он вряд ли выдержит. На первом этаже и в холле обнаружилось несколько свежих истерзанных трупов бегунов. Кровищи налито было, как на скотобойне. На улице трупов и крови с ошмётками тоже хватало. Взрывы выстрелов "Шмелей" произошли как раз где-то здесь.