Тот, на удивление, понял и воспринял, снова зачирикал, уже громче, но Дима мягко шикнул и обезьянка притихла, запрыгнула парню на макушку, устроилась там и начала перебирать лапками короткий ёжик волос, продолжая что-то "рассказывать". Завозилась и проснулась Анжелика, сразу заметив неладное. Нахмурилась, подошла ближе.
Зверёк перестал рыться в волосах Димы, уставился на девушку и умильно улыбнулся во всю ширину рта.
— Ой! Игрунка?! — будто очнулась Анжелика, во все глаза рассматривая незваного гостя, а тот продолжал разглядывать её и щерить свои два больших резца.
— Дим, откуда?! — поражённая до глубины души спросила Анжелика.
— Прибежал вот, — усмехнулся Медоед. — На жизнь жалуется, не любит его никто, голодный, пить и есть хочет так, что аж переночевать негде.
— Дима, я серьёзно. Это же не кошка или собака и не хомячок какой-нибудь, — насупилась девушка.
Обезьян чирикнул и замолк. Медоед сказал:
— Иди, знакомься уже, — и зверёк, будто поняв, тут же ловко спрыгнул на стол и через секунду уже рылся в волосах Анжелики, у неё-то длинные, хоть и в хвост убраны.
Она сначала не поняла, потом хихикнула, уселась тоже за стол.
— Всё так и есть, — продолжил Дима. — Ты как уснула, он и объявился. Как ты его назвала, кстати? Вроде и обезьяна, но маленькая какая-то, мутант что ли?
Анжелика прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться в голос.
— Сам ты… — она снова хихикнула. — Обезьянка и есть… — девушка на секунду задумалась, ойкнула, это обезьян дёрнул, и продолжила:
— И заметь, уже взрослая, не детёныш. Есть у… там, в том мире, мирах, вернее… водятся такие. Игрунки называются, маленькие потому что. Очень умные, добрые и дружелюбные. Их и как питомцев заводят даже. Дорого, правда. Вот, видимо, и здесь такой богач жил… удивляюсь, правда, как зверьку выжить удалось. Да и вообще, странно…
— Он от тех, в "клубе" которые, засели, прибежал. Убежал, вернее. По крайней мере, я его так понял.
Вот на этом месте девушка впала в ступор.
— Попробуй как мы с тобой общаемся, его "послушать", — добавил Дима.
Девушка на пару минут выпала из реальности, улыбалась периодически, а зверёк щебетал и чирикал не переставая. И главное, негромко.
— Обалдеть… никогда бы не подумала, что так и животных понимать можно…
— Этот умный просто, может от того, что обезьяна и мозгами ближе к человеку. С теми же кошками уже очень сложно, с ними именно что, понимать нужно только и то, с пятого на десятое. Тупик, в общем. А этот к тому же знает, что такое и живчик, напился моего. Ну и ещё…
— Что? — переспросила Анжелика, удивлённая уже больше некуда.
— Я ему горошину скормил. Умял за милую душу.
Брови Анжелики подлетели вверх.