Что интересно, "бро" или других подобных обращений к мужской части иммунных Кумар себе не позволял, считая всяких там "братанов", " братух" и тому подобные выверты чем-то из разряда муровского жаргона. А этих ублюдков он ненавидел люто, видимо, есть за что, не рассказывал.
Лекса нахмурилась, снова окинула Анжелику совсем уж уничижительным взглядом и с ехидством спросила друга:
— Кумарчик, милота, и когда же эта… — здесь Олеся запнулась, не стала с ходу оскорблять Анжелику, хотя до посещения Стопаря, сдерживать бы себя не стала. — Звезда, стала тебе систой, а?
— Ле-екса! — чуть не прорычал Бесогон.
Рейдер ещё когда впервые увидел Анжелику понял, конфликтов не избежать. Плохо Олеся относилась ко всем девушкам, кто хотя бы немного красивее её, и это чувство усиливалось прямо пропорционально красоте окружающих представительниц слабого пола. Будучи ещё квазом, вообще, симпатичных и красивых люто ненавидела и не будь у неё тормоза в виде опасности схлопотать промеж глаз пулю, резала и уродовала бы таких без остановки. А Анжелика девушка красивая, она с Лексой, как новая феррари рядом с армейским, побитым невзгодами службы и криворуким водилой-срочником УАЗиком. Ещё и одеты они с Медоедом "по гражданке", он в белой футболке, защитного цвета брюках-карго и кроссовках. Крюки с пистолетом на поясе. Анжелика в кепке, клетчатой яркой рубашке с коротким рукавом, подвязанной узлом на подтянутом, без лишнего жирка животе, в коротких джинсовых шортах и летних берцах со множеством тряпичных вставок. На поясе плоская, на триста грамм фляга и кобура с глоком на другой стороне. Эффектно, в общем.
На Олесю приглушённый возглас Бесогона не произвёл никакого впечатления и та продолжила сверлить взглядом Анжелику, которая и не собиралась отводить глаза.
— Систас! Ну релакс же! Соря-ян, если чё, — затянул уже Кумар и взяв под руку Лексу, начал буксировать её к зданию гостиницы. Сопротивляться она не стала и ей хватило терпения не "взорваться" до самого входа в здание.
— Цапля ноги-от-ушей? — притворно удивившись, переспросила Анжелика, услышавшая всё-таки начало гневной тирады Лексы. — Как меня только не называли, но цаплей первый раз, — со смешком закончила она, взглянув на оставшегося, перекатывающего на скулах желваки хвата.
— Извини её, Анжелика, — вздохнул Бесогон и закрутив пальцем у виска продолжил:
— Проблемы у неё с общением, рассказывали вам уже. Стопарь-то отлично сработал, но привычка есть привычка.
