Часть пятиэтажки справа обвалилась и кучи битого кирпича с обломками перекрытий перегородили половину дороги. Куски кирпичной кладки и множество осколков этого самого кирпича превратили вторую половину проезжей части в непроходимое препятствие.
— В прошлый раз этого не было, — недовольно пробурчал на общем канале Кумар, начав разворачивать джип. Под колёсами неприятно хрустело битое стекло, мелкие камешки и другой мусор.
К мосту выехали минут через десять. Ни одного заражённого так и не появилось. Пустые, измученные временем и непогодой бетонные и кирпичные коробки домов провожали незванных гостей мрачными взглядами темных проёмов окон. Отсутствие тварей, с одной стороны хорошо, пусть так и дальше будет, но каждый из сидящих в машине рейдеров знал, что такое спокойствие отнюдь не к добру.
У моста остановились. Переправа выглядела крепкой, но если приглядеться, то там, то тут видны в дорожном покрытии, крупные выбоины. Ржавые машины на самом мосту все до единой находились у краев, видно, что их расталкивали, чтобы освободить проезд. Длина моста метров сто пятьдесят и примерно треть находилась над землёй, пологим склоном уходящей к воде. Мощные колонны-опоры на несколько метров выше воды обильно поросли водорослями и потемнели, местами даже потрескались, но внушали доверие и сейчас.
С этой стороны уровень земли был выше, а на противоположной мост втыкался в низкий берег, укреплённый бетонными плитами. С противоположной стороны обустроенной набережной, как на этом берегу, не имелось, лишь узкая полоска пешеходной дорожки и через равные промежутки раньше стояли скамейки. На этом же берегу набережная была двухуровневой и широкой. Имелось множество скамеек и клумб, сейчас, разумеется, сломанных и заросших. Декоративная ограда во многих местах проломлена. И вот здесь кости валялись куда ни глянь, словно всех жителей города твари сначала согнали к реке, а потом только принялись их жрать…
Уныло и жутко. Даже в Пекле такого не было. Там всё кипело жизнью и опасностью, подстерегающей на каждом шагу, в каждом доме. Здесь же время словно остановило свой бег вместе со смертью людей, а то, что после них осталось с каждым годом осыпается бетонной трухой и хлопьями ржавчины, постепенно скрываясь среди разбушевавшейся растительности.
Мост преодолели быстро, Кумар аккуратно объезжал особо глубокие и выглядящие опасно колдобины. Дальше дорога почти сразу упиралась в кольцо диаметром метров семьдесят, внутри которого раньше имелась огромная клумба и стелла. Сейчас там всё заросло, а металлическое сооружение, погнутое неведомой силой у основания, валялось на земле. Напрямую через заросли кустов и мелких деревьев виднелся проезд, но изрядно уже подзаросший.