Автор
В свете ночного города шум машин и свет фонарей скрывают нечто важное — человека, решившего перебежать улицу, будто ставя нарушение общепринятых правил жизни. Время забылось в тонких дорожных маркерах, когда сердце бьется быстрее и воздух становится невероятно теплым. Это история о выборе, который может изменить судьбу всего города....
"
"Если бы в немецкую армию он вступил добровольно, если бы он был убежден, что воевать следует именно на этой стороне, то в конце войны он потерял бы меньше. Он мог проиграть, приспособиться к обстоятельствам и жить в ожидании реванша, тогда по крайней мере было бы ради чего ждать.
Но в немецкой армии он был всего лишь заблудшей овцой. В латышский легион он попал по мобилизации. Поэтому капитуляция казалась ему избавлением.
Отсидев в лагерях для военнопленных и переболев цингой, Зутис возвратился в Ригу в тысяча девятьсот сорок седьмом году.
Устройство на работу Зутису представлялось важным событием. Он надел пиджак и брюки в полоску, которые носил со смокингом, жилет, положил в карман жилета серебряные часы с брелоком Талавии,[2] вдел в петлицу лацкана белую гвоздику, повязал яркий галстук.
Начальник отдела кадров в помятой гимнастерке, с деревяшкой вместо ноги, встретил его прищуренным, недоверчивым взглядом, каким встретил бы диверсанта, который пронес на фабрику чемодан со взрывчаткой. Особенное недоверие у него вызвали галстук и лакированные штиблеты Зутиса. Чему этот тип так радуется?
Начальник отдела кадров был совсем не тот человек, которому полагалось бы сидеть в этом кресле, но нужных людей не хватало, да и зарплата в отделе была невелика.
— Что вам угодно?
— Надоело бездельничать!
— Что вы умеете?
Зутис не знал, что у начальника отдела кадров всего лишь начальное образование. Перемежая речь научными терминами, Зутис изложил свои знания в области механики. Кадровик и виду не подал, что из всей его длинной речи не понял и десятой доли, при этом он даже перелистывал какие-то документы, чтобы произвести впечатление знающего человека.
— Так на какую работу хотите устроиться? — он опять прищурил глаза.
— Я думаю, что самое подходящее, там же, где и прежде… — Хочешь одолжить сотню, проси минимум тысячу, подумал Зутис и пошел ва-банк. — Главным конструктором завода…
У начальника отдела кадров даже губы побелели.
— А директором не хотите?
Янис Зутис чуть подумал, потом покачал головой.
