В дверях жаровой зоне ресторана Далерус увидел крепкого мужчину в черной кожаной куртке, и тут же понял: перед ним человек с чужим прошлым. Проклинивший во время войны летчик вернулся домой, но оставил за собой не только раненых, но и целые деревни уничтоженные в бою. Внутри замка было по-другому: светло, скульптурно украшенные стены и роскошная мебель — здесь чувствовалось другое время и совсем другой настрой....
Как быть теперь: подождать другого случая, или самому, не дожидаясь разворота событий, пойти к Ругге и поделиться сомнениями, сдав со всеми потрохами милого Владимира Ивановича: что он ему в конце-то концов родственник?..
Глава 3
Крепкие, с тщательно подпиленными ногтями, пальцы Ругге быстро пробежали по торцам карточек, стоявших в узком деревянном ящичке.
— По-моему, даже ящичек прежний? Не находите?
— Вы правы. Позвольте? — пан Викентий небрежно подтянул к себе картотеку. Абверовцу пришлось убрать руку; пес, лежавший у его ног, поднял голову и глухо зарычал.
— Тихо, Дар! — прикрикнул на него Ругге. — Видите, даже он считает себя хозяином картотеки.
— Но здесь только часть ее, — откликнулся быстро просматривавший материалы Марчевский. — Причем, как мне кажется, не самая лучшая.
— Не это главное. Надо попробовать, подойдет ли ключ, которым вы владеете, — довольно равнодушно сказал Ругге."
"Марчевский не сумел удержаться от быстрого взгляда на него: «играет, или вправду равнодушен? А может быть, затевает очередную проверку?»
— Попробуем, — согласился он помолчав.
— Конечно! — Генрих показал в улыбке золотые коронки. — Зачем тянуть? Начнем хотя бы вот с этой? — он выдернул одну из карточек и положил ее перед поляком. — Попытайтесь расшифровать.
— Возможно, это уже не действующий агент, — спокойно сказал пан Викентий. — Не забудьте: нами не менялась система предупредительной сигнализации! Могли быть и индивидуальные осечки самих агентов. Все-таки, они оказались на чужой территории, а русская контрразведка имеет достаточный опыт.
— Мы это учитываем, дорогой Викентий, — снова улыбнулся немец. Он сегодня надел штатское: белую рубашку, двубортный темно-коричневый пиджак, серые брюки. И, на взгляд Марчевского, совершенно безвкусный галстук. — Какие планировались потери, на случай, подобный происшедшему?
— Имеете в виду оккупацию?
— Скажем мягче: войну, которая привела к поражению. — Ругге закурил и подвинул к Марчевскому коробку сигарет. Тот отрицательно мотнул головой.
— В лучшем случае потери должны составить не менее двадцати процентов.
— А в худшем? Кто-то же останется? Не могут же всех их, — немец похлопал крепкой ладонью по стоящему рядом массивному сейфу, — выловить русские или взять на связь англичане? К тому же им далековато добираться сюда со своего острова.
— Вы прекрасно знаете, Генрих, что для хорошо поставленной разведывательной службы не существует расстояний. А у интелидженс сервис вековой опыт и традиции.
