Георгий Миловидов казался обычным счастливым успешным человеком до тех пор, пока не появилась тень на его радостном взгляде: он обнаружил, что у него есть дубликат. Не просто в виде зеркального отражения, а как реальный второй Георгий, кто женился, стал врачом и даже забыл о первом себе. А сам Миловидов превратился в человека с двойной тенью – нищий, изувеченный, не понимающий мира вокруг себя....
– Женщина, старик, Инженер, черт лысый – все это тебе, товарищ старший лейтенант, предстоит выяснить и принять соответствующие меры. Приказ ясен?
– Так точно! – вскочил Горюнов.
– Вот и отправляйся на место. Сегодня же. От Новосибирска, где мы находимся, до Прокопьевска каких-нибудь четыреста километров. По местным меркам – рядом. Как доберешься, так и приступай. Из Смерша ты будешь там один. Тебе будут помогать товарищи из местного НКВД. Они уже в курсе. Но главнокомандующий – ты. С тебя соответственно и спрос.
– Понятно, – очень серьезно произнес Горюнов, но не удержался и озорно улыбнулся: – Как поется в одной хорошей песне: «Мне прямо у порога вручили балалайку и говорят: играй, а то кранты».
– Примерно так, – улыбнулся в ответ полковник. – Ну, ступай. Как доберешься, позвони.
Когда Федор вышел, полковник и майор какое-то время молчали.
– Думаешь, справится? – наконец спросил майор.
– Парень он смышленый, – сказал полковник. – К тому же разведчик и бывший оперуполномоченный угрозыска.
Глава 13
Как и у всякого фронтовика, у Федора Горюнова не было гражданской одежды. Только военная. И это было проблемой, потому что ехать в Прокопьевск в военной форме он не хотел. В таком городке, как Прокопьевск, Федор в военной форме был бы у всех на виду, на него бы обращали внимание, а вслед за вниманием неизбежно возникали бы и вопросы: кто он такой, этот старший лейтенант, что он здесь делает, почему не на фронте? А это, по мнению Федора, мешало бы делу.
"После долгих поисков Федор приобрел на местном базаре у какой-то женщины вполне приличный, довоенного покроя гражданский костюм, а к нему – еще и две рубашки, а вдобавок – ботинки.
– Вот, – сказала женщина, – продаю… Осталось от мужа. Ему уже не нужно…
– Погиб? – спросил Федор, хотя и без вопроса было ясно, что муж погиб, иначе женщина не говорила бы такие печальные, однозначные слова.
– Погиб, – вздохнула женщина, помолчала и спросила: – А ты-то, как я понимаю, отвоевался?
– Почему вы так решили? – спросил Федор.
– Вот покупаешь гражданский костюм, – ответила женщина. – Значит, отвоевался.
