Георгий Миловидов казался обычным счастливым успешным человеком до тех пор, пока не появилась тень на его радостном взгляде: он обнаружил, что у него есть дубликат. Не просто в виде зеркального отражения, а как реальный второй Георгий, кто женился, стал врачом и даже забыл о первом себе. А сам Миловидов превратился в человека с двойной тенью – нищий, изувеченный, не понимающий мира вокруг себя....
Никто чужой туда не спустится. Там все друг друга знают и любого незнакомца вмиг задержат.
– А заключенные?
– А что заключенные?
– Ты говорил, что в шахте работают заключенные.
– И что же? Уж они-то тем более все считаные и все друг друга знают в лицо.
– А конвой при них имеется?
– Нет.
– Почему?
– Они бесконвойники. Есть такая категория заключенных.
– Но все же они заключенные?
– Ну да…
– А можно ли уговорить кого-нибудь из них проникнуть в склад?
– Говорю же, в склад проникнуть невозможно!
– И все же…
– А зачем они станут это делать? Чтобы схлопотать высшую меру? Они – бесконвойники, им скоро на свободу.
– Я нахожусь на своем месте! – оборвала Георгия Елизавета. – Ты соответственно на своем! Они – на своем…
– Ну, не знаю… – пожал плечами Георгий и прикрыл глаза. Он чувствовал, что устал. То ли от этого страшного разговора, то ли от того, что за окном давно уже царила ночь. Ему хотелось прекратить разговор, лечь в постель, забыться, уснуть, а проснувшись, понять, что весь этот разговор был не наяву, а являлся всего лишь тягостным, кошмарным сном.
– Хорошо, – сказала Елизавета. – У меня еще несколько вопросов…
Георгий стиснул зубы и посмотрел на женщину.
– Сколько нужно взрывчатки, чтобы вывести шахту из строя? – спросила Елизавета.
– Если подложить в нужные места, то немного, – ответил Георгий.
– Ты знаешь эти места?
– Знаю.
– Назови их.
– Крепь.
– Что это?
– Опоры, на которых держится потолок шахты. Это если говорить предельно упрощенно.
– Не надо подробностей, – прервала собеседника Елизавета. – Что представляют собой эти опоры?
– Обычные сосновые бревна, – сказал Георгий.
– И если их подорвать… – начала Елизавета.
– То шахта начнет рушиться. Причем не только в месте взрыва, а повсеместно. Как домик, сложенный из костяшек домино. Конечно, какие-то участки останутся целыми, но это уже не будет иметь значения – шахта перестанет существовать.
– А люди?"
"– А что люди? – пожал плечами Георгий. – Кто-то погибнет мгновенно, кто-то останется под завалами и умрет через день, или через два, или через десять дней…
– Могут ли в этом случае спастись те, кто будет производить взрыв?
– Теоретически – да. Подложить взрывчатку под опоры, зажечь шнур и сразу же бежать нагора.
– А практически?
– Наверно, погибнут… В шахтах нет трамвайного маршрута.
