Автор
В окнах холодного ледяного неба виднеется котелок времени, а под ногами мерцает зрачок уходящего дня. Человек с котом шагает по городу, каждый его шаг гремит на асфальте, как шаг молнии. Воздух наполнен тайной и ожиданием — будто в каждом вздохе скрыта следственная лабиринтная карта, проводящая к исходу загадочного пути....
А еще дыхание останавливается.
– Вообще-то я серьезно.
– Я тоже. Карат, я… я боюсь… Я очень боюсь… Лучше умереть, чем такое…
Девочка повернулась, уставившись в сторону бесновавшихся на удаляющемся берегу мертвяков. Стекла темных очков скрывали ее глаза, но Карат не сомневался, что страха в них хватает.
Оставил весла в покое, уперся ладонями в колени, стиснул зубы, решая непростую задачу. Впрочем, ответ настолько очевиден, что долго размышлять не пришлось.
– Как-то нехорошо получается. Я представился, а кто ты, до сих пор не знаю.
Девочка ответила без колебаний:
– Диана, четырнадцать лет. То есть пятнадцать. Ну, то есть почти пятнадцать.
– А выглядишь на тринадцать.
– Преувеличиваешь.
– Разве что чуть-чуть.
– Я еще вырасту.
– Не сомневаюсь. Имя настоящее?
– А какое же еще? Показать ученический билет?
– Верю. А ученический лучше порви.
– Зачем?
– Тут он тебе точно не пригодится. Да и нехорошо, если другие узнают о настоящем имени.
– Настоящем имени?
– Ну да, тут почти все суеверные до смешного, из-за этого нового человека приходится как бы крестить по обычаю Улья. Вот так я и стал Каратом. С женщинами проще, ведь их меньше, у них вроде льготы, могут сами себе новые имена выбирать. Потому Наташек и Машек не увидишь, сплошь всякая экзотика, часто до уморительного доходит, как только не извращаются при выборе – тут тебе и Шахерезады, и Нефертити, а уж Клеопатры и Мессалины стаями бродят.
– Я не суеверная.
– Я тоже.
– Тогда почему ты заговорил о смене имени?
– А давай не будем его менять? Диана – и так не сказать, чтобы распространенное. Все будут думать, что новое выбрала. А ты просто не говори ничего никому, один я знать буду, а я – могила. Диана, и все.
– Как скажешь. Мы остановились только ради имени?
– Вообще-то не совсем."
"Карат достал туго свернутый пакет, развернул, извлек из него узелок из носового платка Рэма, а уже оттуда достал один из пяти хранившихся там белых шариков.
– Здесь это называют белой жемчужиной. Волшебное средство, может многое, никто не знает все его тайны, но кое-что известно. Если дать такой шарик не иммунному новичку до того, как он потеряет разум, это сделает его иммунным.
– Так у тебя все это время было лекарство от заражения?! Почему сразу не сказал?! Специально пугал?!
– Не все так просто. Этот жемчуг принадлежит не мне, я должен доставить его одному человеку, это мое задание.
