– Еще!
Вокруг Мрака начал накаляться воздух. По его телу забегали серебристые искорки. Олег ощутил присутствие высоких энергий…
…И тут Мрак вскрикнул, пошатнулся. Олег не рискнул его поддерживать, не кисейная барышня, успел только дунуть Мраку под ноги, тяжелое тело рухнуло… на покрытый ледяными кристалликами бугристый бетон, что так и застыл где кругами, где в виде пузырей. Мрак лежал прежний, привычный, с побитым оспой лицом, сломанным носом и всклокоченными волосами. На широкой груди при каждом вздохе топорщилась густая черная шерсть.
Тяжелые веки поднялись, на Олега в упор взглянули коричневые глаза. Лицо Мрака исхудало, словно он с месяц жил на одной воде.
– Не… получилось…
– Мрак, – сказал Олег тихо, – ты даже не представляешь…
– Что?
– Какой ты… молодец. Ты за пару недель добился того, на что я истратил годы.
Мрак долго смотрел в потолок, грудь вздымалась все реже, он перестал хватать раскрытым ртом уже посвежевший воздух – Олег и здесь успел, – наконец буркнул:
– Хвали, хвали… педагог. Дурней надо хвалить, чтоб старались. Ты все изобретал сам, а меня сейчас за ручку ведешь. Но мне до тебя далеко…
– Уже близко, Мрак! Не знаю, заметил ты или нет, но ты уже нащупал дорожку вовнутрь.
– Так я давно ее нащупал.
Олег отмахнулся:
– Ту мы нащупали еще пять тысяч лет тому. Или десять, неважно. Только пользоваться всем не умели, лохи. А сейчас ты подобрал ключик к субатомной структуре!.. Осталось только его повернуть в нужную сторону. Ты, может быть, не почувствовал разницу, но я все засек, записал. Пойдем наверх, посмотрим на компе, смоделируем, как идти дальше.
Неделю Мрак потихоньку отпирал дверь этим ключиком, опасливо заглядывал. От ежедневного сидения в бункере затошнило, уходили в так называемый лес поглубже, даже полянка чересчур близко к усадьбе. Если бы кто подсмотрел, что происходит с этими двумя мужчинами, ушедшими далеко в лес, тот свихнулся бы или же ушел в сектанты.
Олег завел Мрака на дно широкого оврага, чтобы уж наверняка обезопасить от соглядатаев. Деревья растут даже здесь, а по краям оврага так и вовсе великаны, ветвями закрыто вечно безоблачное в этих широтах небо.
Олег сел на изящную, хорошо выкрашенную лавочку: Европа, у них везде лавочки, как для престарелых, берегут себя, страшатся перетрудиться, – сказал предостерегающе:
– Мрак, только не торопись… И без бахвальства!
Мрак вышел на середину, по массивным голым плечам струились и падали на землю ажурные тени. Развернулся к Олегу, лицо серьезное, силится улыбаться, но в глазах тревога и, что трудно было ожидать от бесстрашного Мрака, страх.
– Бди, – сказал он не своим голосом.
– Бдю.
Он неуловимо быстро, Олег не ожидал, превратился в сверкающее чудовище из металла.