В безлюдной арке жил обычный дом, где дни текли спокойно, но ночи были полны шумов и ожиданий. Анна и Михаил баловали себя раздельными школами до позднего вечера, когда сестра и брат уходили на свежий воздух или начинали весело гостить в выходные.
Ты сообщил Марвецу о его исчезновении."
"- В мае сели аккумуляторные батареи, а связные с стой стороны больше не появлялись. Ты первый. Рацию я уничтожил, так что мы без связи.
«Странно, - подумал Мишка, - Амбал мечтал остаться в Польше, но он совсем не дурак, чтобы срываться туда перед вторжением Советов. Поменял свои планы и рванул через Германию куда-то дальше? Но в какую страну и зачем?».
Вопросов было много и, по мере беседы с радистом, меньше их не становилось.
- Завязывай икать, глотни ещё чаю, - приказал он, Себе же плеснул в стакан водки из найденной непочатой бутылки.
Выпив, занюхал хлебом и принялся чистить рыбу. Пустой желудок требовал хоть какой-то жратвы. - Как наши? - спросил мишка, вгрызаясь в твёрдую солёную плоть подлещика.
Зайцев скривил кислую мину.
- Худо, спиваются мужики, а Газолин, тот вообще.
- Что вообще?
- Того, застрелился.
Протасов от неожиданности чуть не выронил кусок рыбы:
- Как застрелился? Вы что тут охренели?
- А чего сразу мы? Мы его не трогали, ему НКВДшники повсюду мерещились, на улицу боялся нос высунуть.
Зайцев в красках описал, как хромоногий Дробыш и здоровяк Винокуров выносили ночью из квартиры труп Гарина, как тащили его переулками к водоёму, как пихали под одежду камни и прикапливали у заросшего берега. А потом три дня беспробудно пили.
- Значит настроение дрянь!? - не то спросил, не то констатировал очевидный факт Мишка.
- Дрянь, - подтвердил трезвеющий радист. -Величко уговаривал всех залечь на дно, я предлагал разбежаться по разным городам и забыть друг дружку, Зиновьев по пьяни хотел идти с половиной, еле удержали, а Винокуров вообще грозился выпустить кишки любому, кто появится стой стороны.
- Тоже по пьяни?
- По трезвому.
- Чего же вы так быстро спеклись? Я рассчитывал на вас, потому и вернулся.
Зайцев снял себя полотенце, тряхнул ещё сырыми волосами:
- Немчура проиграла войну и работать на Абвер мужики не хотят.
Прожив пару дней в одной квартире с радистом, слушая его рассказы о последних месяцах пребывания в Москве, Протасов мучительно размышлял - что делать дальше и постепенно начинал понимать, почему исчез Амбал.
