В безлюдной арке жил обычный дом, где дни текли спокойно, но ночи были полны шумов и ожиданий. Анна и Михаил баловали себя раздельными школами до позднего вечера, когда сестра и брат уходили на свежий воздух или начинали весело гостить в выходные.
Генке надо было появиться дома, а Мишка отправился в ближайшие магазины запасаться провизией, папиросами, свечками и прочими необходимыми вещами.
Ближе к вечеру они сговорились снова встретиться на чердаке.
Глава третья
Москва; июль 1945 года
Вечер в Москве выдался славный: невыносимый зной сменился приятной прохладой, с запада подул легкий освежающий ветерок. Высыпавшие на улицы горожане праздно прогуливались, наслаждаясь погодой и редким свободным временем. Особенно много народу гуляло по набережным Москвы-реки и Яузы.
От большой компании, бродившей по Крымской набережной, отделилась стайка молодых девушек. Попрощавшись с друзьями, они свернули в Земский переулок и направились в сторону Большой Якиманки. Через полквартала во двор своего дома нырнула первая женщина. Взмахнув рукой, исчезла в подъезде вторая. Оставшаяся троица перешла на шепот, а через минуту и вовсе примолкла.
Кривой Земский переулок не имел освещения; на темный асфальт падали редкие желтые пятна из окон еще не спавших квартир.
– Мамочки, мне страшно, – вцепилась в руку подруги полная девушка по имени Раиса.
– Нужно поскорее проскочить переулок, – предложила та и оправила рукав темно-синего платья.
– Вам хорошо – всего-то до Якиманки топать, – прошептала высокая брюнетка. – А мне до Ордынки одной бежать по таким же переулкам…
Прижавшись друг к другу и пугаясь каждого шороха, девушки дошли до середины следующего квартала.
И вдруг…
– Ой! – остановилась Раиса.
– Что опять? Чего ты постоянно пугаешь?! – возмутилась брюнетка. – И так все тело мурашками покрылось!
– Глядите, кто-то вывернул из двора…
Только теперь, повернув головы в указанном направлении, подруги рассмотрели спину удалявшегося мужчины.
– Давайте подождем, пока он уйдет подальше, – прошипела Раиса.
Покрутив головой, брюнетка возразила:
– Я не хочу оставаться в этом ужасном месте. Лучше потихоньку идти следом.
Стоять и спорить хотелось меньше всего, потому девушки двинулись дальше.
