В послевоенной Москве лета 1945 года происходит серия загадочных убийств. Сыщики МУРа Старцев и Васильков ищут опасного преступника с военной подготовкой. Расследование становится всё более запутанным, когда обнаруживаются неожиданные связи между жертвами и мотивы, которые переворачивают...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Человек в безлюдной арке» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В послевоенной Москве лета 1945 года происходит серия загадочных убийств. Сыщики МУРа Старцев и Васильков ищут опасного преступника с военной подготовкой. Расследование становится всё более запутанным, когда обнаруживаются неожиданные связи между жертвами и мотивы, которые переворачивают...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В послевоенной Москве лета 1945 года происходит серия загадочных убийств. Сыщики МУРа Старцев и Васильков ищут опасного преступника с военной подготовкой. Расследование становится всё более запутанным, когда обнаруживаются неожиданные связи между жертвами и мотивы, которые переворачивают...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Долгое время Мишкино сознание балансировала между реальностью и глубокой тёмной пропастью - то ему слышалась чья-то речь и ощущались болезненные прикосновения, то он срывался с обрыва и бесконечно долго летел в пугающую бездну. Неопределённость исподволь беспокоила и выматывала. Наконец в глаза ударил яркий свет, кто-то похлопал его ладонью по щеке и сказал на ломаном русском языке:
- Эй зольдат, пора подъём! Ми очинь долго тибя ждать.
***
Мишка открыл глаза и сначала увидел бревенчатой потолок, с двумя подвешенными электрическими фонарями, слева стоял высокий немец в очках, на плече его висела санитарная сумка, справа, чуть склонив голову набок улыбался второй фриц с погонами фельдфебеля.
- Ти можешь гаварить? - спросил он довольно любезным тоном.
Протасов в этот момент был занят другими мыслями: «где моя спичечница, куда они подевали мою спичечницу?» - негодовал он про себя.
Он лежал совершенно голый, на чем-то холодном, бронзовая спичечница была завёрнута в платок и покоилась в правом кармане солдатских галифе. «Надо с ними поговорить, - кивнул он немцу. - И выяснить, где я и куда подевалась спичечница.»
- Кто ти и зачем пришёл к нам? - спросил тот.
Голосовые связки не слушались и Мишка ответил шёпотом:
- Рядовой Протасов, пришёл потому, что не хочу воевать в Красной армии.
Ответ порадовал немцев, оба заулыбались, закивали, помогли подняться и сесть на деревянном настиле, покрытым толстым брезентом. Мишка посмотрел на свои руки и ноги - они были целы, только кожа почему-то горела и играла розовым оттенком, вероятно его чем-то растёрли, чтобы избежать обморожение.
Помещение оказалось блиндажом, приспособленным под санитарные нужды, вдоль стен были сооружены два настила для раненых, полки с медикаментами и перевязочным материалом, в углу гудела небольшая металлическая печь, труба от которой тянулась в сторону и ныряла в земляную стену. Внутри блиндажа было чисто, стоял острый запах касторового масла."
"- У меня в кармане лежала спичечница… - начал Протасов.
Подав ему тёплое нижнее белье, длинные носки, штаны и солдатские сапоги, фельдфебель пояснил:
- Отивайся. И я проводить тебя к оэффисер. Всэ тваи вещи там. Офисер желает задавать тебе много вопросов.
Мишка оделся, обулся, с помощью немцев встал на ноги, сделал пару шагов. Странно, но мышцы слушались, озноб больше не бил. Вместо советской шинели немцы предложили ему немецкую, на голову выгрузили суконную зимнюю пилотку с орлом над длинным козырьком. Покинув вместе с фельдфебелем блиндаж Протасов с удивлением обнаружил, что уже наступило утро, погода улучшилась, ветер стих, облаков стало меньше, в их разрывах проглядывало солнце. «А вдруг это знак, - с надеждой подумал Мишка, - должно же мне когда-нибудь по фортить?».
