Автор
Серое утро расстилается над обветренной улицей, как призрак по мрачному сценарию жизни в старом городке. Пыльные проезжие тротуары соседствуют с забытыми коновязями и дремлющими корытишками для воды. Микс из временных сооружений — деревянных с фальшивыми二楼和实墙基——交错着砖瓦或石材砌成的民居。一些窗户盛满了出售的商品，而另一些则空无一物，似乎正等待着故事的发生。...
Что-то я сделал такое — либо он думает, что я собираюсь сделать что-то такое, — и ударился в панику. Устранил Маккоя, чтобы он не успел со мной поговорить. Джонни протрезвлялся. Ты ведь знаешь его. Пил мертвецки, так что, если бросил, для этого, должно быть, были основания. Он о чем-то проведал и хотел мне рассказать. Но или я Джонни не знаю, или он не стал бы на себя надеяться, что не забудет, напившись. Все записал, значит.
— Или сказал Билли.
— Нет, Билли, он бы рассказывать не захотел. Дети слишком много болтают, а потом, он не пожелал бы ставить мальчика под удар.
— Тогда тебе лучше добраться до его дома до того, как туда попадет убийца.
— Доберусь, не волнуйся.
У дверей его Остановила Присси и очень мягко обратилась к нему:
— Борден, старая миссис Ригинз просила, чтобы ты к ней зашел. Она сильно ослабла в эти дни, а ты же знаешь, что и она, и Джордж всегда тебя любили.
Чантри почувствовал болезненный укол совести.
— Знаю… а я и не навещал ее. Сегодня же пойду.
— Пойди сейчас. Не откладывай. Она очень за тебя беспокоится и настаивала, чтобы ты пришел.
"— Ладно. — Чантри помедлил. Деваться некуда, и это его раздражало. Хайэт ждет. Раз послал за ним, почти наверняка расскажет все, что знает. А еще неприятнее то, что пешком идти не хочется, а седлать лошадь нет сил. — Иду.
Тайм Рирдон стоял на тротуаре перед своим «Корралем». Вынув изо рта сигару, следил, как Чантри проходит по улице. Борден почувствовал этот взгляд. Ни Кернзом, ни Харли не пахнет, но в том, что они неподалеку, сомневаться не приходится.
Перед тюрьмой сидел Большой Индеец, и это напомнило Бордену о Баке, который также возжелал его видеть.
Миссис Ригинз жила в маленьком уютном домике, окруженном цветами, на краю небольшой рощицы.
