Автор
Серое утро расстилается над обветренной улицей, как призрак по мрачному сценарию жизни в старом городке. Пыльные проезжие тротуары соседствуют с забытыми коновязями и дремлющими корытишками для воды. Микс из временных сооружений — деревянных с фальшивыми二楼和实墙基——交错着砖瓦或石材砌成的民居。一些窗户盛满了出售的商品，而另一些则空无一物，似乎正等待着故事的发生。...
Она такая, весь мир готова прижать к сердцу. И Джонни ей всегда нравился. Старые приятели были они с Джонни, прямо сказать.
— Надо думать. Земли здесь много, а вот людей мало. Раньше ли, позже, но все про всех узнают. Всю подноготную про каждого.
— Почему ты так говоришь? — прищурился на него Лэнг.
— Ну, ты же знаешь, как оно. Где мало народу, какие могут быть секреты. На Востоке они порой думают: вот приеду сюда и затеряюсь — ищи ветра в поле. Кукиш. В этих краях пальцем пошевелить нельзя, чтобы об этом не узнали.
Лэнг отпил кофе.
— Тогда поймать твоего лиходея будет нетрудно, так ведь? — Улыбнулся. — Если я могу чем помочь, зови, не стесняйся. Поехать куда, порасспросить кого… что угодно в этом духе.
— Спасибо, Лэнг. Ценю. — Чантри встал на ноги. — Нужно бы Хайэта повидать, но пусть подождет. Бесс начнет волноваться.
— Не пройтись ли с тобой? Или вот еще что: если хочешь пойти к Хайэту, я могу отнести это седло к тебе домой. В сарае держишь такие вещи, так?
— Угу, только я уж его сам понесу.
Он взял седло под мышку и вышел из двери. Солнечное излучение ударило его, словно обухом. Чантри постоял на пороге, прикрыв глаза от слепящего света. Затем прошел до угла ресторана, повернул и направился к себе домой.
Бесс отворила ему дверь.
— Борден! Я так беспокоилась! Все хорошо?
Он кивнул и боком начал пролезать вместе с седлом в двери.
— Борден, я прошу тебя! Не тащи это старье в дом!
— Иначе нельзя. Надо иметь его при себе. — Чантри ткнул в него пальцем.
— Ну, Борден. Оно старое и вонючее. Оставь его в конюшне, пожалуйста.
— Не получится. Оно должно быть рядом. Да и Том давно седло хочет. Может быть, сумею починить для него это. Ему по душе придется ездить в седле старого маршала. Все парни в городе лопнут от зависти.
— Ты же знаешь, что я об этом думаю. — Голос Бесс зазвучал резко. — Не хочу я для Тома такой жизни. Пусть из него вырастет джентльмен. Врач, или адвокат, или что-нибудь в этом роде. Человек свободной профессии.
Препирательство было давнее и возобновлять его сейчас у Чантри не было настроения.
— Мне кажется, Том должен решать за себя сам, — мирно ответил он. — Возможно, жизнь у меня сложилась не лучшим образом, но я чувствовал себя свободным, верхом, на широкой равнине под высоким небом. Ты можешь этого не понимать, но для меня это было чистое наслаждение.
— Для тебя — да. Но Том будет жить в другом мире, и там не будет всех этих скачек и стрельбы.
