Ленивый мужичок с сумкой и молодая пара — вот кто приходит в этот автобус. Водитель ругается о безместности, пока малорослый мужчина не решает свои проблемы на лавочке. Парень срочно требует место для женщины, но ситуация ухудшается: место одно, а двое мужчин ждут чуда в больницу....
На немой вопрос бойца он пробормотал:
– Там моя жена…
Надежда покосилась на него злобно, но решила не ввязываться, пускай Вера сама разбирается в своей семейной жизни.
Вернувшись к месту потасовки, Надежда обнаружила Веру, полусидящую на асфальте, скривившись от боли. Все зеваки, до того с удовольствием наблюдавшие за дракой, моментально разбежались, и никто даже не подумал помочь девушке или вызвать «Скорую помощь».
Бойкая короткостриженая брюнетка, пассия Олега, тоже ретировалась, но ее вполне можно было понять.
Вдвоем с бойцом Надежда Николаевна подняла Веру и внесла ее в джип.
– Поехали в больницу! – приказала она шоферу.
Увидев жену, Олег залебезил:
– Ну как ты, солнышко? Что у тебя болит? Чем тебе помочь?
Вера открыла глаза и поглядела на мужа затуманенным взором.
– Ты – здесь?
– Ну, конечно, малыш, – рассыпался Олег мелким бесом, – милая, я так волнуюсь! Что для тебя сделать?
– Сделай так, чтобы я тебя как можно дольше не видела! – со стоном выдохнула Вера.
– Это мы запросто организуем! – жизнерадостно ухмыльнувшись, пообещал боец. – Мужик, ты что предпочитаешь – Якутию или Эвенкийский национальный округ?
– Лучше всего отправить этого козла в его родной город, – с трудом преодолевая боль, проговорила Вера, – у этого города, кажется, и названия-то нет…
– И не забудьте его из квартиры выписать, – добавила практичная Надежда.
Вера наклонилась, кряхтя, как старушка, и поставила Ромкину миску на пол.
– Ешь, только аккуратно, – сказала она, – я уже сегодня один раз за тобой убирала, больше сил нету.
Пес повилял хвостом и радостно рванулся к миске. Вера только вздохнула: Ромка-то быстро шел на поправку, чего не скажешь о ней. В больнице определили, что от удара о поребрик Вера сломала два ребра. В остальном все было более-менее в порядке, не считая многочисленных синяков и ссадин. Вера мельком взглянула на себя в зеркало: рассеченная бровь кое-как заживала, опухоль в ушибленном носу спала, только глаза совершенно больные.
Вера тяжко вздохнула и уговорила себя выпить чаю. Однако, когда она открыла холодильник, ее решимость куда-то испарилась.
