Кофейня была практически пустой, только сидели за столиком неподалеку парень с девушкой. Но те были заняты друг другом и не обратили внимания на Анну.
Анна медленно поставила на стойку тарелку и чашку.
– Администратора позовите, девушка.
Девушка-бариста смерила Анну презрительным взглядом.
Анна выдохнула и расправила плечи. С дерзостью слуг она сталкивалась и справляться с этим умела.
– Любезнейшая Алла Игоревна, будьте добры позвать администратора.
По кофейне словно стужей повеяло.
У Аделины получалось намного лучше, будь здесь ее величество – нерадивая обслуга уже мчалась бы за администратором, но кое-что умела и Анна.
Вежливость – и никаких сомнений в своем праве отдавать приказы. У Анны сомнений и не было.
Алла Игоревна сама не поняла, как ноги сделали шаг, второй, а потом она громко позвала:
– Михаил Николаевич! Вас!
Мужчина, который вышел по ее зову, Анне решительно не понравился.
Молодой, лет тридцати – тридцати пяти, чуть пониже Анны, но в два раза ее толще, с черными волосами, словно прилипшими к голове, и выпуклыми серыми глазами. Дорогой костюм сидел на нем… нет, не сидел.
Бывают люди, которые носят любые вещи с привычной безмятежностью и душевным спокойствием. А бывают люди, на которых любые вещи сидят как на вешалке.
Михаил Николаевич не носил костюм. Он выставлял его напоказ! Гордился им!
Посмотрите, люди, какой я костюмный!
Вы должны мне завидовать! Ну позавидуйте же мне!
Анна посмотрела на менеджера. Вот как есть – приказчик в третьесортной купеческой лавке! И волосы зализаны чем-то жирным и блестящим – у них бриолином пользовались. И взгляд заискивающий, бегающий…
Обслуга всегда остается обслугой. И речь не идет о тех, кто занимается чем-то подобным в силу обстоятельств. Речь идет о халдеях по духу.
– Сударь, в вашем кафе отвратительное питание и ужасное обслуживание. Прошу вас, попробуйте это пирожное…
Михаил Николаевич пожал плечами.
Взял чистую ложку, отколупнул кусок пирожного и сунул его в рот. Двинул челюстями, напоминающими ковш экскаватора.
Это был достаточно вольный перевод его выражения. Анна поморщилась, Алла, наоборот, пригляделась.
Мужчина взвыл и сплюнул прямо на ладонь…
Пирожное было с орехами. А вот если орехи плохо почистить… кусок скорлупы попался Михаилу под зуб. Зуб не сломался, но, судя по всему, десна болела. Поди укуси!
– Надеюсь, вы понимаете, что это несъедобно, – мягко произнесла Анна.
Мужчина поднял на нее злые глаза.
– Ты! Приперлась тут…
– Я не буду подавать в суд на ваше кафе.
