Это – не ее дело!
Ей бы поработать, забрать Гошку, уехать к отцу… да хорошо бы еще денег за это время заработать достаточно, чтобы малыш ни в чем не нуждался после ее смерти.
Кирой с детства занимались воспитатели. Лет до двенадцати все было хорошо, потом понеслось.
Пьянки, гулянки, жуткий вид, наркотики…
– Наркотики? – насторожилась Анна.
– Травка. Но все равно неприятно. Еще раз увижу – положу в клинику на детоксикацию.
Кира независимо фыркнула. Сильно выводить отца из себя она опасалась, понимала, что тот может быть скор на руку.
Анна покосилась на девочку. Поставила себя на ее место.
А потом нащупала потихоньку ее руку – и пожала. Не бойся, я с тобой…
Несколько секунд ей казалось, что Кира выдернет пальцы. Но – нет. Не выдернула. Пожатием на пожатие не ответила, но это уже дело времени.
Главное – есть контакт.
Дом Анну не потряс. Видала она дворцы и побогаче. Так что смотрела вполне равнодушно. И на мраморные полы, и на стены с медальонами, и на тяжелые люстры, и на вазы…
Борис Викторович, видимо, ожидал другой реакции, но…
– Очень… броско, – подобрала Анна правильное слово. – Чувствуется, что вы старались.
Мужчина поглядел внезапно остро.
– Но вам здесь не нравится.
Анна пожала плечами.
– Мне не должно нравиться в вашем доме. Мое дело – ваша дочь.
– Емко сказано. Что ж, посмотрим…
Но вспомнила о другом.
– Борис Викторович, я не успела собрать вещи. Мне даже переодеться не во что.
– Вещи соберете на выходных. Пока дадите Розе Ильиничне свои размеры и список необходимого, а она пошлет водителя в город.
– Не за что. А вот и Роза, наша домоправительница.
– Домомучительница, – фыркнула Кира. И ушла.
Борис Викторович примирительно улыбнулся.
– Роза, не обижайся. Ты сама все понимаешь.
– Конечно, Борис Викторович.
Дама Анне не слишком понравилась. Невысокая, с основательной нижней частью и более тощей верхней, она напоминала тумбочку. Коричневая форма только подчеркивала это сходство. Волосы коротко подстрижены и уложены в модную прическу, руки с маникюром, но без лака, а лицо доброе-доброе…
Анна невольно насторожилась. Навидалась она таких – до смерти сыта будет!
– Это Роза Ильинична, наш добрый ангел, – аттестовал ее Борис Викторович, отчего дама зарделась и пробормотала нечто кокетливое. – А это Анна Петровна, гувернантка и воспитательница для Киры. Розочка, помоги ей, хорошо?
– Конечно, Борис Викторович. Будет сделано.
– И отправь в город водителя, купи ей одежду.
– Хорошо, Борис Викторович.
